Является ли зависть отягчающим обстоятельством убийства?

На Дону вынесен вердикт мужчине, убившему дочь топ-менеджера завода из зависти к женившемуся на ней другу

Является ли зависть отягчающим обстоятельством убийства?

В Ростовской области вынесен обвинительный вердикт по уголовному делу о зверском убийстве молодой женщины, находившейся на последнем месяце беременности, сообщает официальный сайт регионального управления СК РФ.

Погибшая приходилась дочерью крупному бизнесмену и, как оказалось, с ней расправился сосед-завистник.

Своим поступком молодой человек мстил другу, который “зазнался” после женитьбы на потерпевшей, а также его “крутому тестю”.

На скамье подсудимых оказался 25-летний житель Новочеркасска Александр Брусник. Присяжные признали его виновным в убийстве 25-летней Ксении Попругиной – дочки замглавы Новочеркасского электровозостроительного завода (НЭВЗ) Николая Шилкова. Злоумышленник нанес потерпевший 41 ножевое ранение.

Жуткое преступление произошло днем 2 октября 2012 года в одной из квартир микрорайона Молодежный в Новочеркасске, в которой и проживала Ксения. Предполагаемый убийца был задержан в течение суток, хотя он пытался пустить оперативников по ложному следу.

На месте преступления была найдена записка с угрозами в адрес супруга Ксении. В “послании от мафии” говорилось, что убийство является лишь предупреждением, а мужу девушки нужно отдать некий долг.

В качестве кредитора в записке упоминался друг отца потерпевшей, являющийся крупным бизнесменом.

Как вскоре выяснилось, убийство совершил сосед Ксении и друг ее мужа Александра – Александр Брусник. Он не мог простить тезке то, что после женитьбы тот сменил круг общения и стал стремительно делать карьеру, став начальником цеха НЭВЗ.

“Приподнявшись”, он стал понемногу терять отношения с бывшими друзьями”, – рассказывал “Комсомольской правде” источник в правоохранительных органах. По его словам, многие приятели были обижены, но больше всех “бесился” именно Брусник, живший в том же подъезде несколькими этажами выше.

Брусник был дружком на свадьбе Александра Попругина, но так и не простил ему эту удачную женитьбу. “Этот гад вообще старых корешей перестал во что бы то ни было ставить, – заявил подозреваемый на первом допросе. – Я сделал это, чтобы он стал не нужен своему крутому тестю и “спустился” обратно, а то зазнался дальше некуда”.

Как было установлено следователями, Ксения сразу открыла дверь соседу, которого знала в лицо. В тот момент девушка разговаривала по телефону с мужем, находившимся на работе. Связь внезапно прервалась. Встревоженный Александр примчался домой, но было уже поздно.

В Сети изданием “Блокнот” опубликован фрагмент следственного эксперимента, на кадрах которого Брусник в мельчайших деталях рассказал о содеянном. Первые же удары мужчина нанес в живот беременной девушки. Уже лежа на полу, Ксения пыталась прикрыться одной рукой, и складной нож выпал из руки нападавшего. Девушка схватила его за рукоятку, но силы ее уже оставили.

(18+)

Отобрав нож, Брусник добил потерпевшую ударом в висок, вонзив клинок по самую рукоятку. Затем он перерезал Ксении горло, вымыл руки и инсценировал ограбление, похитив мобильник и банковскую карточку, на которой лежали 160 тысяч рублей.

Выдала преступника мелочь, на которую он не обратил внимание. Брусник избавился от окровавленной одежды, но руки помыл плохо. Когда он выезжал со двора, на его кисти с красными разводами обратил внимание проходивший мимо полицейский. Потом он и дал наводку коллегам, кого проверить на причастность к убийству в первую очередь.

Александру Бруснику инкриминировали ст.162 (разбой, совершенный с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего) и ст.105 (убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, совершенное с особой жестокостью) УК РФ.

По словам жильца дома, где было совершено убийство, отец Александра Попругина служил прапорщиком в ОМОНе, а его мать – психолог по образованию. С Ксенией и Александром Брусником он дружил с детства, а появление у Попругина влиятельного тестя открывала большие перспективы.

“Понимаете, НЭВЗ такое предприятие, туда просто так никого с улицы не возьмут, а если кто-то из семьи пробивается на руководящую должность, будет туда тянуть всех родственников, будьте уверены”, – говорит сосед.

По его словам, Александр Попругин стал начальником производственно-технического бюро, а зарплата на таких должностях доходит до сотни тысяч рублей в месяц.

Брусник же работал обычным менеджером по продажам, хотя тоже мечтал о большем.

“В последнее время ходили слухи по району, что Попругины купили очень дорогую машину. Может это и стало последней каплей”, – добавил сосед.

Впрочем, особых материальных трудностей не испытывал и Александр Брусник. Судя по его фотографиям на странице соцсети “ВКонтакте”, молодой человек стильно одевался.

Источник: https://www.newsru.com/crime/28feb2014/cutpregnvrdictdon.html

Уголовно-правовая характеристика простого убийства

Является ли зависть отягчающим обстоятельством убийства?

Убийство, предусмотренное ч.1 ст.105 УК, или «простое» убийство, является так называемым основным составом данного вида преступлений.

По ч.1 ст. 105 УК подлежит квалификация убийства, совершенные без отягчающих обстоятельств, указанных в ч.2 этой статьи. Однако формулировка закона недостаточно полно характеризует «простое» убийство. Для квалификации необходимо отсутствие не только отягчающих, но и смягчающих обстоятельств, влекущих применение ст. 107 и 108 УК РФ.

В ч.1 ст. 105 УК не приводятся конкретные признаки объективной стороны данного вида убийства за исключением общего указания на то, что она состоит в умышленном причинении смерти другому человеку.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 постановления от 27 января 1999 г. Среди убийств, подлежащих квалификации по ч. 1 ст. 105 УК назвал, например, совершенные в соре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, зависти, неприязни, ненависти, возникших на почве личных отношений [2].

При исследовании мотивов и обстоятельств убийства, дающих основания для применения ч.1 ст. 105 УК, необходимо учитывать, что они не имеют самостоятельного значения для квалификации.

Например, установление мотива ревности при совершении убийства вовсе не исключает его квалификации по ч.2 ст. 105 или по ст.

107 УК в зависимости от наличия отягчающих либо смягчающих обстоятельств, влияющих на квалификацию.

Вместе с этим не означает, что мотивы и обстоятельства, при которых применяется ч.1 ст. 105 УК, не должны выясняться и исследоваться по каждому уголовному делу.

Они могут служить определенным ориентиром при решении вопроса о квалификации убийства.

Их анализ может помочь более глубоко и полно уяснить конкретную обстановку убийства, что важно для назначения наказания и для установления и устранения причин убийств и условий, способствующих их совершению [4].

В общем виде уголовно-правовая характеристика простого убийства выражается в следующем.

Непосредственным объектом такого убийства являются общественные отношения в сфере обеспечения безопасности жизни человека (жизнь человека).

Объективная сторона выражается в противоправном лишении жизни другого человека и может характеризоваться как действием, так и бездействием (неисполнение обязанностей по уходу за престарелым и т. п.). Состав материальный — преступление считается оконченным с момента смерти жертвы.

Субъект преступления — физическое вменяемое лицо, достигшее 14 лет (ч. 2 ст. 20 УК РФ).

Субъективная сторона — прямой или косвенный умысел (покушение на убийство возможно только с прямым умыслом).

Итак, убийство из ревности. Во всех случаях данного убийства ревность выступает как низменное, эгоистическое, хоть и естественное для каждого человека чувство, не смягчающее убийство. При этом не имеет значения, были ли у виновного основания для ревности, в данном случае важен лишь сам мотив.

Чаще всего подобные убийства возникают на почве эротической ревности, которая представляет собой совокупность специфических человеческих чувств, таких как зависть, ненависть, злоба, тревога, гнев, отчаянность, страсть, жажда мести и т. д.

Зачастую она сопровождается мучительными сомнениями, сложными проявлениями в интеллектуальной и волевой сферах, многообразием форм поведения, в том числе общественно опасного. При расследовании подобных дел необходимо выяснить характер ревности.

Все дело в том, что бывает ревность, не исключающая вменяемости, а бывает и такая, которая граничит с душевной болезнью, поэтому, если убийство совершается во втором случае, то не исключена и полная невменяемость лица, совершившего это убийство.

В большинстве случаев поводом к убийству из ревности служит реальная или мнимая измена любимого человека. Возможны и другие случаи: отказ заключить брак, продолжать интимные отношения и прочее.

При этом может показаться, что во всех этих случаях мотивом убийства является месть, но стоит учесть тот момент, что месть в данном случае возникает на почве ревности, а поводом для ревности служит измена или неразделенная любовь. Практически для квалификации убийства по ч.1 ст.

105 УК РФ разграничение мотивов мести на почве личных неприязненных отношений и ревности не имеет значения, так как в любом случае применяется данная норма. Однако и в этом случае нельзя исключать необходимость установления действительного мотива убийства, могущего оказать влияние на назначение наказания.

В некоторых случаях убийство из ревности может быть совершено в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного циничными действиями со стороны другого лица, например, измена этого лица в присутствии виновного.

Для разграничения подобных ситуаций важно выяснить, как возник умысел на убийство — неожиданно или он вынашивался постепенно. В данной ситуации в первом случае не исключена возможность применения ст.107 УК РФ, во втором — только ч.1 ст.

105 УК РФ [3].

Убийство из мести. Месть — это совершение зла за причиненное зло. Совершая зло другому человеку по принципу «око за око», виновный как бы желает восстановления справедливости в отношении себя, что, однако, не может в какой-либо степени быть признано смягчающим обстоятельством.

При этом зло или обида, за которые виновный мстит, не являются объективным явлением, здесь важно лишь то, что виновный сам считает поступки потерпевшего злыми и обидными в отношении себя самого. Объективно же действия лица, которому мстят, могут не содержать ни зла, ни обиды.

Месть возникаем на почве межличностного конфликта, когда лицо отвергает возможность его решения «мирным» путем, предпочитая «силовой» вариант.

На практике поводом убийства из мести могут послужить различные действия потерпевшего, при этом как правомерные, так и нет: оскорбление или насилие, недостойное поведение, желание оградить себя от виновного и прочее.

При этом месть может возникнуть в результате таких действий потерпевшего, которые не причинили и, с точки зрения общепризнанных правил поведения, не могли обидеть или причинить какое-либо зло виновному в силу своей малозначительности.

В данном случае возникает необходимость отграничить убийство из мести, возникшей на почве личных отношений, от убийства из хулиганских побуждений. Для этого нужно выяснить, действительно ли был сколько-нибудь весомый повод для мести.

Следует отграничивать также убийства из мести, возникшей на почве личных отношений, от кровной мести и мести в связи с осуществлением потерпевшим своего служебного или общественного долга (здесь разграничение проводится по правилам, описанным выше), а также от убийства в состоянии аффекта или при превышении пределов необходимой обороны. В последнем случае хоть и присутствует мотив мести, но нужно, все-таки, решать вопросы о квалификации данных убийств в совокупности со всеми обстоятельствами совершенного преступления [3].

Убийство вдраке или ссоре. Подобные убийства прямо не предусмотрены в ч.1 ст.105 УК РФ, и, кроме того, совершение убийства при таких обстоятельствах отнюдь не исключает иную квалификацию.

Только при отсутствии отягчающих и смягчающих обстоятельств можно квалифицировать подобные действия по ч.1 ст.

105 УК РФ, ибо, с одной стороны, лишение жизни в подобных ситуациях возможно и в состоянии аффекта, и при превышении пределов необходимой обороны, и в состоянии необходимой обороны, и по неосторожности; а с другой стороны, необходимо исходить из того, каковы мотивы убийства, т. к.

ссора или драка не исключает наличие мотивов, влекущих признание убийства совершенным при отягчающих обстоятельствах, поскольку драка или ссора нередко оказываются лишь поводом для того, чтобы обострить отношения с потерпевшим, а затем совершить убийство.

Необходимо подчеркнуть, что для правильной квалификации убийств во время драки или ссоры, важно не механически констатировать данные обстоятельства, т. к. они не являются тем моментом, который оказывает решающее влияние на квалификацию этого убийства, а указывает лишь на обстановку его совершения, необходимо выяснять мотивы этого преступления.

Очень часто в подобных ситуациях возникает вопрос о разграничении простого убийства от совершенного при отягчающих обстоятельствах (из хулиганских побуждений). В данном случае очень осторожно нужно подходить к вопросу о том, кто был инициатором или активным участником драки или ссоры.

Бытует мнение, что если виновным оказывается зачинщик или активный участник драки или ссоры, то он действует из хулиганских побуждений, а если он таковым не является, то налицо «простое» убийство. Данное мнение не совсем верно, т. к.

, все-таки, независимо от того, кто был зачинщиком, не исключаются как хулиганские побуждения виновного, так и состояние аффекта или превышение пределов необходимой обороны. Здесь очень важное значение имеет мотив совершения убийства.

Другие виды «простого» убийства. Убийство, совершенное виновным в связи с неправомерными действиями потерпевшего, которые исключают применение ч.2 ст. 105, ст.ст. 107, 108 УК РФ, также квалифицируется по ч. 1. Ст. 105 УК РФ.

К такому виду убийства могут относиться, также убийства, совершенные в результате неправомерного применения оружия представителем власти либо лицом, охраняющее государственное, общественное имущество, при не исполнении потерпевшим их законных требований.

Также это те убийства, которые оказываются совершенными при преждевременной обороне. В этих случаях отсутствует нападение, следовательно, такое убийство не может быть признано совершенным как в состоянии необходимой обороны, так и при превышении ее пределов.

К убийству без смягчающих и отягчающих обстоятельств (простому убийству), предусмотренному ч.1 ст.105 УК РФ относится и так называемые убийства из сострадания, хотя и с учетом смягчающего обстоятельства, указанного в п. «д» ч.1 ст.61 УК РФ.

Здесь, если убийство происходит по просьбе потерпевшего или из сострадания и не содержит в себе признаков, указанных в ч.2 ст.

105 УК РФ (например, убийство из корыстных побуждений, когда лицо, убивая больного человека, желает избавиться от материальных затрат по уходу за ним), оно должно квалифицироваться по ч.1 ст.105 УК РФ [3].

Анализ следственной и судебной практике показывает, что есть основания отметить некоторые чаще всего встречающиеся обстоятельства, отягчающие или смягчающие убийство, в сочетании с обстоятельствами, характерными для применения ч.1 ст.

105 УК РФ: например, ревность с хулиганскими побуждениями, а также состоянием аффекта; месть на почве личных отношений с хулиганскими побуждениями, кровной местью, а также состоянием аффекта либо превышением пределов необходимой обороны; ссора и драка с хулиганскими побуждениями особой жестокостью, а также с состоянием аффекта, либо превышением пределов необходимой обороны; именно в этих случаях преимущественно допускаются ошибки при разграничении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 105, с одной стороны, и ч.2 ст.105, ст. 107 и ч.1 ст. 108 УК — с другой.

Литература:

  1.                Уголовный кодекс Российской Федерации. Принят 24 мая 1996 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 25. Ст. 2954.

Источник: https://moluch.ru/archive/101/22900/

Убийство по найму

Является ли зависть отягчающим обстоятельством убийства?
Проблему заказных убийств необходимо рассматривать многогранно, т. е. с позиции как уголовного права, так и других наук, к примеру, криминологии. По мнению А.А. Герцензона, «уголовное право и криминология «действуют» сообща и любые преступления исследуются в единстве их уголовно-правовых и криминологических характеристик»[1].

В действующем УК РФ ответственность за убийство предусматривается в одной статье (ст. 105 УК РФ), т. е. состав данного преступления довольно четко определился по сравнению с предыдущим законодательством. В то же время возникает вопрос, насколько удобна подобная юридическая конструкция, и всегда ли она себя оправдывает? Ответ на него можно найти в анализе элементов состава преступления, т.к.

законодатель старался сгруппировать преступления со схожим составом, но при этом вышеприведенное утверждение не входит в противоречие с тем, что в качестве самостоятельных составов в УК РФ выделены убийство матерью новорожден­ного ребенка (ст. 106), убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст.

107), убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившее преступление (ст. 108).

Законодатель, стремясь унифицировать понятие убийства, в то же время справедливо полагал, что существуют специфические случаи, хотя формально подпадающие под признаки убийства, однако, по сути, носящие несколько иной характер, прежде всего для самого убийцы, поскольку умысел на причинение смерти другому человеку возникает в условиях психотравмирующей ситуации или в состоянии психического расстройства, а равно неясной ситуации, вызванной угрозой жизни для самого убийцы. Именно в этих случаях унифицированное понятие убийства, в част­ности, применительно к наказанию за содеянное, не может быть применено. Следовательно, самостоятельные составы убийства, предусмотренные  в УК  РФ,  не противоречат общему стремлению законодателя к унификации понятия убийства, исходя из похожести составов.

Ст. 105 УК РФ (убийство) состоит из двух самостоятельных составов: основного (без отягчающих обстоятельств), предусмотренного в ч. 1, и квалифицированного (с отягчающими обстоятельствами), предусмотренного в ч.2.

Наибольший интерес представляет, естественно, ква­лифицированный состав, где в качестве отягчающих в настоящее время предусматривается 13 различных обстоятельств (однако в действительности их больше, поскольку в некоторых подпунктах, например «к», «л», описывается не одно, а несколько отягчающих обстоятельств).

Одно  из  квалифицирующих обстоятельств – это убийство, совершенное по найму (п. «з» ч. 2 ст. 105 РФ). На самом деле, помимо указанного отягчающего обстоятельства, сюда включены еще: убийство, совершенное из корыстных побуждений; сопряженное с разбоем; вымогательством; бандитизмом. Тем не менее, в первую очередь, следует обратить внимание на убийство по найму.

До конца 1980-х годов случаи убийств по найму были относительно редки. Вместе с тем, когда такие убийства совершались, их квалифицировали по п.п. «а» (убийство из корыстных побуждений) и/или «н» (убийство, совершенное по предварительному сговору, группой лиц) ст. 102 УК РСФСР.

В дальнейшем, очевидно, складывалась ситуация, при которой законодательная неопределенность в отношении наемных убийств оказывала крайне негативное влияние на ухудшающуюся криминогенную обстановку. В этих условиях 29 апреля 1993 г.

был принят Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в УК РСФСР, УПК РСФСР и ИТК РСФСР», в котором в ст. 102 УК (умышленное убийство) в качестве дополнения был внесен подпункт «н», где как квалифицирующий признак убийства расценивалось «умышленное убийство, совершенное по  предварительному сговору группой лиц».

Очевидно, что эта законодательная конструкция явилась промежуточным этапом к последующей формулировке «убийства, совершенного по найму», которая и была принята в ныне действующем УК РФ.

Представляется, что сегодня убийство по найму можно определить как убийство, совершенное специально нанятым для этого преступления человеком, действующим прежде всего в интересах заказчика, из корыстных побуждений, способом, наиболее вероятным для безусловного лишения жизни потерпевшего.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве» отмечалось, что под убийством по найму понимается убийство, обусловленное получением исполнителем преступления материального или иного вознаграждения[2]. Представляется интересным практика рассмотрения Верховным Судом РФ дел о заказных убийствах. По данным Верховного Суда, за период с января по 15 сентября 1997 года поступило и было рассмотрено в кассационном порядке 28 дел о заказных убийствах, из них: 26 – с приговорами, в том числе 25 с обвинительными, 1 – с оправдательным, и 2 дела – с частными протестами[3]. Из справки о практике рассмотрения Верховным Судом РФ дел о «серийных» и «заказных» убийствах  в кассационном и надзорном порядках следует, что карательная практика соответствует требованиям закона. Наказания назначались заказчикам в пределах от 8 до 12 лишения свободы, исполнителям – от 10 до 15 лет лишения свободы. Также отмечалось, что государственные обвинители по большинству дел в суде занимали правильныe позиции. Изменения, которые вносились в приговоры по некоторым делам по заключениям прокуроров кассационных отделов, не касались существа обвинения и меры наказания. В то же время по 3 делам кассационная инстанция Верховного Суда РФ отменила обвинительные приговоры и направила дела на новое расследование. За указанный период Президиумом Верховного Суда было пересмотрено в порядке надзора 6 дел о заказных убийствах, при этом 5 – по протестам Председателя Верховного Суда РФ, из которых удовлетворены 4, и одно дело – по протесту заместителя Генерального прокурора РФ, который также был удовлетворен.

По протестам заместителей Председателя Верховного Суда РФ принимались решения: о переквалификации действий осужденных, об исключении признания особо опасным рецидивистом, о направлении дела на новое кассационное рассмотрение, о переквалификации действий, о замене смертной казни на пожизненное лишение свободы. Таким образом, можно констатировать, что убийство по найму признано в качестве самостоятельного состава преступления. Представляется, что это вполне обосновано, поскольку дело здесь не в частных научных спорах о необходимости существования такого состава, а в общественной опасности личности наемного убийцы и заказчика этого преступления, в общественной опасности способов совершения наемных убийств. Мы полагаем, что именно через призму указанных обстоятельств и следует оценивать законодательную конструкцию убийства, совершенного по найму, учитывая при этом специфику субъекта преступления.

Субъектом убийства по найму является вменяемое, достигшее 14-летнего возраста физическое лицо.

Meжду тем, для рассматриваемого вида убийств необходимо, чтобы в качестве субъектов преступления выступали минимум два человека: заказчик и исполнитель, между которыми должна быть установлена определенная взаимосвязь, именно исполнитель убийства должен быть нанят для совершения конкретного убийства конкретного человека.

На практике бывают случаи, когда заказчики убийства нанимают в качестве исполнителя лицо, не достигшее 14-летнего возраста.

Представляется, что в этом случае заказчик должен отвечать и как исполнитель, и как подстрекатель, а также ему должна быть вменена ст. 150 РФ (вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность).

По тем же правилам должен отвечать заказчик, если нанятый им убийца был невменяемым лицом. В уголовно-правовой науке подобные конструкции принято называть «посредственным исполнителем».

Более важен, сложен и интересен вопрос об институте соучастия, применительно к убийствам по найму. В ст. ст. 11-13 УК РФ говорится, что уголовной ответственности подлежат граждане РФ, иностранные граждане и лица без гражданства.

В некоторых раскрытых уголовных делах фигурировали исполнители заказных убийств из бывшего СССР, которые сразу после совершения преступления покидали территорию РФ.

Это затрудняет раскрытие преступлений по горячим следам и создает значительные препятствия в расследовании и розыске преступников.

Исполнителем рассматриваемого преступления признается лицо, непосредственно действовавшее с умыслом, направленным на совершение убийства, либо непосредственно участвовавшее в его совершении с соисполнителями, а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных УК РФ.

Организатором преступления признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество либо руководившее ими.

Пособником признается лицо, способствовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств и орудий совершения преступления либо устранением препятствий, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления и т. п. Пособник может содействовать, как исполнителю, так и другим соучастникам.

В Постановлении Пленума ВС «О судебной практике по делам об убийстве» указывается, что «лица, организовавшие убийство за вознаграж­дение, подстрекавшие к его совершению или оказавшие пособничество в совершении такого убийства, несут ответственность по соответствующей части ст. 33 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ»[4]. Нам представляется, что при квалификации содеянного, как убийство по найму, достаточно ссылки на п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и дополнительной ссылки на ч. 4 ст. 33 УК РФ не требуется.

Необходимо отметить, что побудительные мотивы заказчика не имеют решающего значения, если убийца по найму совершает преступление из корыстных побужде­ний.

Например, заказчик может желать смерти из чувства мести, ревности, зависти, по отношению к которым исполнитель абсолютно нейтрален (тем более, что в большинстве случаев до получения так называемого «заказа» исполнитель ничего не знает о своей будущей жертве).

Вместе с тем, возникает вопрос, как квалифицировать действия исполнителя, если, помимо корыстных мотивов, в его действиях будут присутствовать и иные побудительные причины? Например, если исполнитель получает «заказ» на убийство человека, к которому он испытывает острое чувство неприязни, а возможно даже желание ему отомстить за что-либо, или же которому он должен (разумеется, последний случай наиболее абстрактен) определенную сумму денег.

Представляется, что решающим фактором должен выступать факт найма убийцы и его согласие совершить преступление за определенное вознаграждение, услугу или по другим причинам (об этом будет сказано ниже).

Исходя из этого, иные, возникшие после найма, побудительные причины у исполнителя также не могут иметь существенного значения для квалификации содеянного по п. «з» ч. 2 ст.

105 УК РФ, хотя и должны учитываться при назначении наказания.

Что же касается других соучастников, то их роль в совершении убийства по найму должна оцениваться по общим правилам.

Например, если между нанимателем и исполнителем убийства появляется промежуточное звено, которое непосредственно занимается подготовкой убийства и передает исполнителю пожелания заказчика, его действия надлежит квалифицировать как пособничество.

Если же наниматель не ограничивается подстрекательством исполнителя, но и сам руководит организацией убийства, то постепенно из «простого» заказчика он превращается в организатора преступления.

Подстрекатель отличается от организатора преступления тем, что он не вовлекает в совершение преступления других лиц и не руководит его совершением, не объединяет соучастников и не руководит их действиями.

Практика показывает, что в некоторых уголовных делах личности соучастников совпадают, например, исполнитель лично разрабатывает план совершения преступления, занимается поиском орудия преступления, т. е. совершает действия, свойственные организатору преступления.

Форма соучастия в заказных убийствах определяет­ся как сложное соучастие – каждый соучастник выполня­ет заранее определенную ему роль. После возникновения умысла на совершение убийства заказчик лично или через посредников занимается поисками исполнителя либо ли­ца, готового взять на себя организацию убийства.

На время совершения убийства у подстрекателя имеется алиби, исполнители, покидая место совершения преступления, скрывают следы преступления, которые могут свидетельствовать против них, а пособник скрывает преступника или совершает иные противозаконные действия.

Профес­сиональная организация, четкое разграничение ролей ме­жду соучастниками является гарантией реализации пре­ступного плана и повышает вероятность избежания преступниками уголовной ответственности.

Субъективный критерий соучастия определяется как соучастие с предварительным сговором – соучастники за­ранее договариваются о совершении убийства.

Эта кате­гория соучастников представляет повышенную опасность, так как существует высокая степень согласованности дей­ствий между соучастниками, что ведет к успешной реализа­ции преступного замысла, а возможность сопротивления жертвы сведена к минимуму.

Источник: http://www.pvlast.ru/archive/index.342.php

101Адвокат
Добавить комментарий