Можно ли взыскать моральный ущерб за незаконную обработку персональных данных?

Судебная практика по спорам о защите персональных данных

Можно ли взыскать моральный ущерб за незаконную обработку персональных данных?

Защита персональных данных в России стремительно набирает обороты. СМИ и интернет-операторы вынуждены доказывать в судах, что размещенная информация является достоверной и не нарушает права граждан или организаций. В обзоре судебной практики – дела по защите персональных данных бизнесменов и простых граждан.

КонсультантПлюс ПОПРОБУЙТЕ БЕСПЛАТНО

Получить доступ

Конституционный Суд РФ решил, что норма “О персональных данных”, согласно которой операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, не противоречит Конституции РФ.

В Конституционный Суд РФ с жалобой на несоответствие Конституции РФ статьи 7 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ “О персональных данных”, согласно которой операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом, обратилась гражданка. Заявительнице было отказано в предоставлении данных на третьих лиц, которые ранее являлись ее коллегами в образовательном учреждении. Гражданка сочла, что эта норма противоречит части 4 статьи 29 Конституции РФ, поскольку позволяет правоприменительным органам отказывать в предоставлении информации, необходимой для защиты нарушенных прав гражданина.

Конституционный Суд определением от 26 мая 2016 г. N 1158-О отказал гражданке в принятии жалобы к рассмотрению.

Судьи отметили, что КС РФ уже неоднократно указывал, что в понятие “частная жизнь” включается только та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер.

Поэтому ограничение на раскрытие и распространение информации, относящейся к персональным данным, направлено на обеспечение разумного баланса конституционно-защищаемых ценностей. В связи с этим оспариваемая заявительницей норма закона не может рассматриваться как нарушающее ее конституционные права в указанном в жалобе аспекте.

Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций может прекратить деятельность средства массовой информации, если были установлены факты распространения материалов, содержащих персональные данные, и другие систематические нарушения требований закона, допущенные редакцией издания. Так решил Верховный суд РФ.

За нарушение требований статьи 4 и опубликование редакцией газеты “Лабинские вести” материалов, которые содержали персональные данные несовершеннолетней гражданки, а именно фамилии, имени, сведений о школе, в которой обучается несовершеннолетняя, без ее согласия и согласия ее законного представителя, а также ряда других статей с персональными данными несовершеннолетних, Управление Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций вынесло письменное предупреждение о недопустимости распространения через средство массовой информации сведений, составляющих специально охраняемую законом тайну, главному редактору СМИ газеты “Лабинские вести”. Однако, главный редактор не отреагировала на это предупреждение и продолжала публиковать персональные данные граждан без их согласия. Поэтому Управление Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций обратилось в Краснодарский краевой суд с исковым заявлением о прекращении деятельности газеты “Лабинские вести”.

Решением суда первой инстанции исковое заявление Управления Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций было удовлетворено и деятельность газеты прекращена. В качестве апелляционной инстанции в этом процессе Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации. В определении Верховного Суда РФ от 24.06.

2015 N 18-АПГ15-7 судьи не нашли оснований для отмены решения суда первой инстанции. Причиной для такого решения послужил тот факт, что в силу статьи 4 не допускается использование средств массовой информации для разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну.

Новелла статьи 16 данного закона определяет, что основанием для прекращения судом деятельности средства массовой информации являются неоднократные нарушения редакцией требований данного закона. Такие нарушения должны происходить не менее, чем в течение двенадцати месяцев.

Как это происходило в спорной ситуации, по поводу чего регистрирующий орган делал письменные предупреждения учредителю и главному редактору. Кроме того, судьи отметили, что по нормам статьи 3 такими данными признается любая информация, которая относится к прямо или косвенно определенному субъекту персональных данных.

К этим сведениям, в частности, относятся фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы и другая информация. В соответствии с требованиями закона обработка персональных данных может осуществляться только с письменного согласия в письменной форме субъекта персональных данных.

Поэтому, редакция, получившая доступ к персональным данным, должна обеспечить конфиденциальность персональных данных путем их обезличивания. Объективных доказательств того, что у редакции газеты были исключительные обстоятельства для распространения персональных данных в связи с защитой общественных интересов судами получено не было.

Нарушение установленного законом порядка сбора, хранения и использования информации о гражданах подлежит административному наказанию.

Однако у покупателя в магазине при возврате товара кассир обязан проверить паспорт и заполнить финансовую документацию, в соответствии с требованием законодательства.

Верховный суд РФ, что такие действия не являются нарушением закона о защите персональных данных.

В отношении торгующей организации постановлением прокуратуры было возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном статьей 13.11 КоАП РФ. Данное нарушение выразилось в том, что в магазине организации в ходе проверки на предмет соблюдения законодательства о персональных данных было установлено, что организация осуществляет обработку персональных данных физических лиц путем сбора, систематизации, накопления, хранения, уточнения (обновления, изменения), извлечения, использования, передачи. При этом осуществляемая организацией обработка персональных данных покупателей не подпадает под исключения, установленные в статье 22 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ “О персональных данных”. Проверка была проведена по заявлению гражданина, который изъявил желание вернуть товар в магазине “Покупочка”. При этом ему было предложено заполнить в обязательном порядке заявление, в котором необходимо указывать персональные данные для возврата денежных средств, при наличии чека. В силу статьи 5 Федерального закона “О персональных данных” истребование персональных данных является избыточным. На основании этого организация была привлечена мировым судьей к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьей 13.11 КоАП РФ в виде предупреждения. Однако организация свою вину не признала и обжаловала решение мирового судьи.

Вышестоящие судебные инстанции согласились с выводами мирового судьи о наличии в действиях общества состава данного административного правонарушения. Однако Верховный суд РФ, куда обратилась с жалобой организация, постановлением от 15 июня 2016 г. N 25-АД15-3 отменил все принятые по делу судебные акты и признал организацию невиновной.

Судьи отметили, что в соответствии с законом о персональных данных обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных законодательством. Обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

Однако, по нормам покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы. Постановлением Правительства РФ от 19 января 1998 г.

N 55 утверждены Правила продажи отдельных видов товаров, согласно которым которых покупатель вправе возвратить приобретенный товар продавцу и получить уплаченную за него денежную сумму.

При этом, продавец обязан соблюдать Положение о порядке ведения кассовых операций с банкнотами и монетой Банка России на территории Российской Федерации, утвержденное Банком России от 12 октября 2011 г. N 373-П (утратило силу с 1 июня 2014 года в связи с изданием Указания Банка России от 11 марта 2014 г. N 3210-У).

В соответствии с которым, порядок ведения кассовых операций в целях организации на территории РФ наличного денежного обращения предусматривает выдачу наличных денег кассиром непосредственно получателю, указанному в расходном кассовом ордере, только при предъявлении им паспорта или другого документа, удостоверяющего личность в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации. Исходя из этих норм, ситуация с возвратом денег покупателю из кассы организации на основании его письменного заявления с указанием фамилии, имени, отчества и данных документа, удостоверяющего личность, не противоречит требованиям законодательства. Истребование указанных персональных данных избыточным не является. Поэтому отсутствуют основания для привлечения организации к административной ответственности.

Федеральная антимонопольная служба имеет право наказать организацию за отказ предоставить по запросу документы, которые содержат персональные данные физических лиц. Так решил Верховный суд РФ.

По заявлению гражданина о нарушении требований законодательства о рекламе, Федеральная антимонопольная служба направила в адрес организации запрос с требованием предоставить сведения о владельце абонентского номера, с которого гражданину поступали смс-сообщения, содержащие рекламную информацию о доставке суши. Организация письменно отказала Управлению ФАС в предоставлении запрашиваемых сведений, сославшись на нормы , а также требования Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ “О персональных данных”. На основании этого отказа Управление ФАС составило протокол об административном правонарушении и вынесло постановление о привлечении организации к административной ответственности по статье 19.8 КоАП с назначением административного штрафа в размере 20 тысяч рублей. Организация сочла данное постановление незаконным и обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением о его отмене.

Суды всех инстанций пришли к выводу о правомерном отказе организации представить запрашиваемую УФАС информацию. Суды исходили из того, что запрошенная информация относится к категории ограниченного доступа, представление такой информации не является обязательным без согласия физических лиц.

Кроме того сама ФАС и ее территориальные органы не относятся к органам, уполномоченным осуществлять оперативно-розыскную деятельность. При этом ни Закон о рекламе, ни Закон об оперативно-розыскной деятельности не содержат прямого указания на полномочие ФАС запрашивать у операторов связи сведения об абонентах – физических лицах.

Однако Верховный суд РФ в постановлении от 13 августа 2015 г. N 302-АД15-5169 с такими выводами нижестоящих судов не согласился. Судьи напомнили, что ФАС, в соответствии со статьей 33 Закона о рекламе, осуществляет государственный контроль за соблюдением законодательства Российской Федерации о рекламе, в пределах своих полномочий.

В том числе, предупреждает, выявляет и пресекает нарушения физическими или юридическими лицами законодательства Российской Федерации о рекламе, а также возбуждает и рассматривает дела по признакам нарушения законодательства РФ о рекламе.

Из этого следует, что антимонопольному органу предоставлено право запрашивать документы без каких-либо ограничений по составу и объему необходимой информации. При этом антимонопольным органом могут быть запрошены только документы, имеющие отношение к нарушению законодательства о рекламе и касающиеся деятельности определенных лиц.

Неисполнение этих требований влечет за собой ответственность виновных лиц в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях.

При этом гарантией соблюдения установленной законом защиты персональных данных является статья 35 закона о рекламе, которой установлена обязанность ФАС по соблюдению коммерческой, служебной и иной охраняемой законом тайны, а также ответственность антимонопольного органа и его сотрудников за разглашение таких сведений. Из этого следует, что требование управления ФАС о представлении документов организацией соответствовало действующему законодательству, а отказ организации в представлении истребуемых документов является неправомерным.

Если журналист не получил согласия гражданина на публикацию информации о нем и фотографии в СМИ, то он нарушил закон и должен компенсировать гражданину моральный вред. Так решил Санкт-Петербургский городской суд.

Гражданин обратился в районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ЗАО “Издательский дом “Комсомольская правда” о признании незаконным распространение газетой “Комсомольская правда” персональных данных, а также его личного изображения.

Кроме того гражданин просил взыскать с редакции газеты компенсацию морального вреда и опубликовать в ближайшем планируемом выпуске газеты “Комсомольская правда” опровержение.

Причиной для такого обращения в суд послужил тот факт, что газета “Комсомольская правда”, зарегистрированная как электронное средство массовой информации в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций опубликовала в сети интернет статью. В этой статье содержалось интервью журналиста с гражданином с размещением его личной фотографии.

В статье упоминаются сведения о личной жизни гражданина, по большей части не соответствующие действительности, а также его персональные данные. Поскольку, гражданин уверен, что не давал такого интервью, не принимал какого-либо участия в размещении статьи, а также не давал кому-либо разрешения на опубликование своего изображения, в том числе, в данной газете, он обратился в суд.

Источник: https://ppt.ru/news/138028

Исковое заявление о взыскании морального вреда в связи с незаконной обработкой персональных данных коллекторами и банком

Можно ли взыскать моральный ущерб за незаконную обработку персональных данных?

Образец искового заявления

В Центральный районный суд

г. Волгограда

Истец: Х.Х.Х.

г. Волгоград, ул. С, д. ХХ,

кв. Х

Ответчики: ЗАО «ВТБ24» по месту

нахождения филиала в г. Волгограде

400131, г. Волгоград, пр-т Ленина,

д. 5

ЗАО «ВТБ24»

г. Москва, ул. Мясницкая, д. 35

ЗАО “СЕКВОЙЯ КРЕДИТ

КОНСОЛИДЕЙШН”

127473, г. Москва, ул. Краснопролетарская,

16, СТР.2

Исковое заявление

Между мной и ЗАО «ВТБ24» (далее Банк) было заключено кредитное соглашение №ХХХХХХХХХХХХХХХ, Банком выдана пластиковая карта по вышеназванному соглашению №ХХХХ сроком действия до 12.2010 г. и пластиковая карта по подчиненному контракту №ХХХХХХХХХХХХХХХХХ сроком действия до 12.2013 г. на мое имя.

ХХ.ХХ.2012 г. решением Центрального районного суда г. Волгограда по делу Х-ХХХХ/2012 кредитный договор №ХХХХХХХХХХХХ и подчиненный контракт №ХХХХХХХХХХХХХ признаны исполненными.

ХХ.11.2012 г. мной в Банк сдан оригинал исполнительного листа ВС №ХХХХХХХХХХХ по делу Х-ХХХХ/2012 для исполнения.

В тоже время, в период  с июня 2013 года по настоящее время от имени ЗАО «Секвойя кредит консолидейшн» поступают звонки на личный сотовый телефон в рабочее время, а также в выходные дни с 6.30 до 21.00 с требованиями погасить задолженность по вышеназванным кредитным соглашениям в размере ХХХХХ,ХХ рублей.

31.07.2013 г. я обратился в Банк с требованием предоставить выписку по этим контрактам. Согласно полученной выписке за мной числится задолженность перед Банком в размере ХХХХХ,ХХ рублей.

На основании изложенного, считаю, что Банк не исполнил решение Центрального районного суда г. Волгограда по делу Х-ХХХХ/2012 от ХХ.ХХ.2012г. Согласно ст.

3 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» персональные данные – любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных); оператор – государственный орган, муниципальный орган, юридическое или физическое лицо, самостоятельно или совместно с другими лицами организующие и (или) осуществляющие обработку персональных данных, а также определяющие цели обработки персональных данных, состав персональных данных, подлежащих обработке, действия (операции), совершаемые с персональными данными; обработка персональных данных – любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных; предоставление персональных данных – действия, направленные на раскрытие персональных данных определенному лицу или определенному кругу лиц; уничтожение персональных данных – действия, в результате которых становится невозможным восстановить содержание персональных данных в информационной системе персональных данных и (или) в результате которых уничтожаются материальные носители персональных данных. В соответствии со ст. 6 названного Закона обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается в следующих случаях: обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных; обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем. Оператор вправе поручить обработку персональных данных другому лицу с согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом, на основании заключаемого с этим лицом договора, в том числе государственного или муниципального контракта, либо путем принятия государственным или муниципальным органом соответствующего акта (далее – поручение оператора). Лицо, осуществляющее обработку персональных данных по поручению оператора, обязано соблюдать принципы и правила обработки персональных данных, предусмотренные настоящим Федеральным законом. В поручении оператора должны быть определены перечень действий (операций) с персональными данными, которые будут совершаться лицом, осуществляющим обработку персональных данных, и цели обработки, должна быть установлена обязанность такого лица соблюдать конфиденциальность персональных данных и обеспечивать безопасность персональных данных при их обработке, а также должны быть указаны требования к защите обрабатываемых персональных данных в соответствии со статьей 19 настоящего Федерального закона. Лицо, осуществляющее обработку персональных данных по поручению оператора, не обязано получать согласие субъекта персональных данных на обработку его персональных данных. В соответствии со ст. 9 названного Закона субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом. Согласие на обработку персональных данных может быть отозвано субъектом персональных данных. В случае отзыва субъектом персональных данных согласия на обработку персональных данных оператор вправе продолжить обработку персональных данных без согласия субъекта персональных данных при наличии оснований, указанных в пунктах 2 – 11 части 1 статьи 6, части 2 статьи 10 и части 2 статьи 11 настоящего Федерального закона (в том числе, когда обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого является субъект персональных данных).

В силу ст.

14 Закона субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными или не являются необходимыми для заявленной цели обработки, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав. Согласно ст.21 Закона в случае достижения цели обработки персональных данных оператор обязан прекратить обработку персональных данных или обеспечить ее прекращение (если обработка персональных данных осуществляется другим лицом, действующим по поручению оператора) и уничтожить персональные данные или обеспечить их уничтожение (если обработка персональных данных осуществляется другим лицом, действующим по поручению оператора) в срок, не превышающий тридцати дней с даты достижения цели обработки персональных данных, если иное не предусмотрено договором, стороной которого, выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, иным соглашением между оператором и субъектом персональных данных либо если оператор не вправе осуществлять обработку персональных данных без согласия субъекта персональных данных на основаниях, предусмотренных настоящим Федеральным законом или другими федеральными законами.

Таким образом, считаю установленным, что ЗАО «Секвойя кредит консолидейшн» получило доступ к моим персональным данным от банка, заключившего кредитный договор, обрабатывало мои персональные данные в нарушении вышеназванного закона.  Мои персональные данные не использовались и не могли использоваться для исполнения условий вышеназванных кредитных контрактов по той причине, что они признаны исполненными ХХ.ХХ.2012 г.

Статья 17 Федерального закона «О персональных данных» гласит, что если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке. Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Согласно ст.

151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании вышеизложенного, с учетом причиненных переживаний и стрессов, считаю уместным определить размер морального вреда, причиненного виновными действиями Ответчика в размере 50000 рублей.

На основании изложенного,

ПРОШУ СУД:

  1. Обязать ЗАО «ВТБ24» прекратить передачу персональных данных Х.Х.Х. третьим лицам;
  2. Обязать ЗАО «ВТБ24» прекратить обработку персональных данных и уничтожить персональные данные Х.Х.Х.
  3. Обязать  ЗАО “СЕКВОЙЯ КРЕДИТ КОНСОЛИДЕЙШН” прекратить обработку персональных данных и уничтожить персональные данные Х.Х.Х.
  4. Взыскать с ЗАО «ВТБ24» в пользу Х.Х.Х.
    1. 50000 рублей – сумма морального вреда;
    2. 7500 рублей – расходы на представителя;
  5. Взыскать с ЗАО “СЕКВОЙЯ КРЕДИТ КОНСОЛИДЕЙШН” в пользу Х.Х.Х.
    1. 50000 рублей – сумма морального вреда;
    2. 7500 рублей – расходы на представителя;
  6. Истребовать у ЗАО «ВТБ24» документы, подтверждающие наличие договорных отношений с  ЗАО “СЕКВОЙЯ КРЕДИТ КОНСОЛИДЕЙШН”, предусматривающие передачу и обработку персональных данных, содержащие  перечень действий (операций) с персональными данными, которые будут совершаться ЗАО “СЕКВОЙЯ КРЕДИТ КОНСОЛИДЕЙШН”, осуществляющим обработку персональных данных, и цели обработки персональных данных  Х.Х.Х.
  7. Источник: http://www.ufk34.ru/stati/245-iskovoe-zajavlenie-o-vzyskanii-moralnogo-vreda-vsvjazi-s-nezakonnoj-obrabotkoj-personalnyh-dannyh-kollektorami-i-bankom

    Московский городской суд удовлетворил иск гражданина о защите персональных данных против коллекторного агентства

    Можно ли взыскать моральный ущерб за незаконную обработку персональных данных?

    Коллекторные агентства, часто нарушают персональные данные граждан и используют их в нарушение закона.

    Московский городской суд удовлетворяя иск об исключении из информационной базы коллекторного агентства персональные данные гражданина   и взыскивая с него компенсацию морального вреда в деле N 33-14881/16 изложил следующие правовые позиции:

    1. Московский городской суд пришел к выводу, что гражданин не состоял в договорных отношениях с банком, не являлся ни заемщиком, ни поручителем в рамках кредитного договора; сведений о своем телефонном номере, фамилии, имени и отчестве ни ответчику, ни его клиентам фио не представлял.
    2. Между банком и коллекторным гаерством был заключен агентский договор, по условиям которого агент по поручению принципала (банка) принял на себя обязательство от имени принципала и за его счет совершать действия по взысканию задолженности заемщиков принципала, возникшей по выданным принципалом кредитам, в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором.
    3. По номеру телефона, зарегистрированному на гражданина, сотрудниками коллекторного агентства неоднократно осуществлялись звонки и направлялись смс-сообщения с использованием персональных данных истца, а именно: фамилии, имени и отчества.
    4. Суд пришел к обоснованному выводу о возложении на коллекторное агентство обязанности об исключении персональных данных гражданина из информационной системы, поскольку в нарушение вышеприведенных требований закона коллекторное агентство, получив персональные данные гражданина не от него, не имея сведений о его согласии на обработку его персональных данных, до начала обработки данных (их хранения и использования), не предоставило ему необходимую информацию, не направило уведомление о начале обработки его персональных данных.
    5. Учитывая положения ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от дата N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», а также доставленные истцу нравственные страдания, перенесенные гражданином переживания, связанные с незаконной обработкой его персональных данных, требования разумности и справедливости, обстоятельства дела, суд пришел к обоснованному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
    6. Согласно ч. 1 адрес закона от даты N 152-ФЗ «О персональных данных» субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме. В случае получения согласия на обработку персональных данных от представителя субъекта персональных данных полномочия данного представителя на дачу согласия от имени субъекта персональных данных проверяются оператором.
    7. Согласно ч. 2 адрес закона «О персональных данных» моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.
    8. В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

    В силу требований ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенного права является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

    1. Судом было установлено, что кредитный договор с банком и гражданином не заключался, не являлся ни заемщиком, ни поручителем в рамках кредитного договора, поэтому гражданин не давал своего согласия на обработку его персональных данных банку и коллекторному агентству.
    2. В данном случае организация, действуя как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность на свой риск, в силу закона было обязано с достоверностью установить подлинность согласия субъекта персональных данных на их обработку, принять все меры осмотрительности, убедиться в том, что волеизъявление заключить договор и предоставить персональные данные для их обработки и передачи исходит от надлежащего лица, самого субъекта персональных данных. Не исполнив требований действующего законодательства надлежащим образом, организация нарушила неимущественные права истца на охрану его персональных данных, что в силу приведенных выше норм закона является основанием для взыскания с организации денежной компенсации морального вреда.
    3. Действия коллекторного агентства по неправомерной обработке персональных данных истца, выразившиеся в неоднократном предъявлении ему требований о погашении не существующей задолженности по кредитному договору путем направления в адрес истца уведомлений и телефонных звонков, содержащих недостоверные сведения о задолженности, также в соответствии с требованиями закона являются основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда.
    4. Владелец персональных данных стороной Агентского договора между банком и коллекторным агентством не являлся, в связи с чем условия этого договора не могут служить основанием ограничения установленной законом ответственности Агента за нарушение прав третьих лиц, в данном случае — прав истца.
    5. Московский городской суд признал несостоятельной позицию коллекторного агентства на положения ч. 4 адрес закона от дата N 152-ФЗ «О персональных данных», предусматривающие, что оператор освобождается от обязанности предоставить субъекту персональных данных сведения, предусмотренные частью 3 настоящей статьи, в случаях, если персональные данные получены оператором на основании федерального закона или в связи с исполнением договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных.

    В соответствии с ч.

    3 адрес закона «О персональных данных» в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора. В случае, если обеспечить правомерность обработки персональных данных невозможно, оператор в срок, не превышающий десяти рабочих дней с даты выявления неправомерной обработки персональных данных, обязан уничтожить такие персональные данные или обеспечить их уничтожение. Об устранении допущенных нарушений или об уничтожении персональных данных оператор обязан уведомить субъекта персональных данных или его представителя, а в случае, если обращение субъекта персональных данных или его представителя либо запрос уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных были направлены уполномоченным органом по защите прав субъектов персональных данных, также указанный орган.

    1. Утверждение коллекторного агентства о том, что номер телефона истца и иные его персональные данные в информационных базах ответчика отсутствуют, является декларативным, т.к. он не представил никаких доказательств, подтверждающих данное утверждение.

    Источник: https://zakon-sud.com/moskovskij-gorodskoj-sud-udovletvoril-isk-grazhdanina-o-zashhite-personalnyh-dannyh-protiv-kollektornogo-agentstva.html

    Вс рф уточнил, когда есть основания требовать компенсацию морального вреда за назойливые звонки и смс

    Можно ли взыскать моральный ущерб за незаконную обработку персональных данных?

    С. стали приходить телефонные звонки и СМС-сообщения от общества “К”, в которых в грубой форме от него требовали погасить задолженность по кредиту, полученному в банке “А”. Причем звонки поступали С. как в рабочее, так и в личное время, а СМС-сообщения приходили в любое время суток и содержали угрозы.

    Вместе с тем в договорных отношениях ни с банком “А”, ни с обществом “К” С. не состоял, ни заемщиком, ни поручителем по кредитам не являлся. Поэтому он счел подобные действия незаконными, посягающими на его права и причиняющими моральный вред.

    В результате гражданин обратился в суд с иском к обществу “К” о признании действий по обработке его персональных данных незаконными, возложении на компанию обязанности исключить его персональные данные и прекратить их обработку, письменно уведомив его об этом, а также о взыскании компенсации морального вреда.

    Но суд в иске отказал (решение Мещанского районного суда г. Москвы от 13 декабря 2016 г. по делу № 02-17083/2016).

    Общество, пояснил суд, действовало в рамках заключенного с банком “А” договора возмездного оказания услуг, в соответствии с которым обязалось оказывать услуги по проведению мероприятий, направленных на побуждение заемщиков к исполнению обязательств по кредитным договорам. Кроме того, персональные данные С.

    ответчик уничтожил, о чем свидетельствует соответствующий акт от 15 ноября 2016 года. При этом действующее законодательство не устанавливает обязанность лица, осуществляющего обработку персональных данных, направлять уведомление об их исключении.

    Факт злоупотребления обществом “К” правом при телефонном взаимодействии с истцом, а также совершения им действий, направленных на причинение С. вреда, нравственных либо физических страданий суд счел недоказанным.

    Если оператор поручает обработку персональных данных другому лицу, ответственность перед субъектом персональных данных за действия указанного лица несет именно оператор, пояснил суд (п. 5 ст. 6 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ “О персональных данных”).

    Истец обжаловал это решение, однако апелляция с выводами районного суда согласилась и оставила решение без изменения (апелляционное определение Московского городского суда от 10 мая 2017 г. по делу № 33-17417/2017).

    С. решил направить кассационную жалобу в Верховный Суд Российской Федерации. В ней он просил отменить судебные акты нижестоящих судов.

    Рассмотрев эту жалобу, Суд напомнил, что достоинство личности и неприкосновенность частной жизни относятся к основным правам человека (ч. 1 ст. 21, ч. 1 ст. 23 Конституции РФ).

    Они считаются нематериальными благами, нарушение которых действиями, причиняющими физические или нравственные страдания, является основанием для компенсации морального вреда (ст. 150-151 Гражданского кодекса).

    При этом следует иметь в виду, подчеркнул ВС РФ, что личная (частная) жизнь является широким понятием, которому невозможно дать исчерпывающее определение, охватывающим, в частности, право на личную автономию (п. 27 постановления ЕСПЧ от 7 мая 2009 г. по жалобе № 3451/05). Каждый имеет право на частную жизнь, свободную от нежелательного внимания (п. 70 постановления ЕСПЧ от 5 сентября 2017 г. по жалобе № 61496/08).

    Тем самым, сделал вывод Суд, избыточные и необоснованные звонки, а также направление СМС-сообщений на телефонный номер гражданина с требованием возвратить несуществующие долги посягают на достоинство человека и являются вмешательством в его частную жизнь.

    По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

    Причинение вреда вследствие ошибки либо по поручению другого лица само по себе не освобождает причинителя вреда от ответственности.

    Тем не менее суды нижестоящих инстанций, несмотря на установленный факт телефонных звонков и СМС в адрес истца, в иске о компенсации морального вреда отказали.

    Кроме того, ВС РФ обратил внимание на то, что требование С. о компенсации морального вреда обосновано в большей степени не нарушением правил сбора и обработки его персональных данных, а нарушением неприкосновенности его частной жизни посредством необоснованных и назойливых телефонных звонков и СМС-сообщений.

    Какого-либо запрета на предъявление в данном случае требований непосредственно к причинителю вреда в законе нет. Более того, С.

    утверждал, что не являлся субъектом, персональные данные которого обрабатывались банком “А”, а общество “К” не представило сведений о том, что банк поручил ему обработку персональных данных С.

    Одновременно с этим ВС РФ отметил, что истец неоднократно заявлял ходатайства об оказании ему содействия в собирании доказательств: об истребовании у оператора связи распечатки текстов и детализации звонков, поступивших на его телефон от общества “К”.

    Однако суд в выдаче запроса отказал, отказав при этом и в иске по мотиву недоказанности нарушения ответчиком прав истца. Именно выяснение указанных выше обстоятельств, отметил Суд, имеет существенное значение для правильного разрешения возникшего спора.

    С учетом этого ВС РФ отменил обжалуемые акты, направив дело на новое рассмотрение (определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 27 февраля 2018 г. № 5-КГ17-256).

    ***

    Претендовать на возмещение морального вреда за назойливые звонки и СМС-сообщения можно и тогда, когда сообщения носят рекламный характер (определение Санкт-Петербургского городского суда от 16 июля 2012 г.

    № 33-9187, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 2 апреля 2015 г. по делу № 33-2034/2015, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 10 декабря 2015 г. по делу № 33-10601/2015).

    При этом не имеет значения, каким образом реклама была доведена до сведения гражданина: посредством телефонного звонка, СМС-сообщения или по электронной почте.

    Однако стоит отметить, что далеко не всегда в подобных случаях у истца есть право на компенсацию. Так, П. обратился в антимонопольный орган, указав, что 6 марта 2014 года на его мобильный номер от общества “Л” поступило СМС-сообщение рекламного характера.

    При этом он ссылался на то, что своего согласия на получение рекламной информации не давал. Управление ФАС по Чеченской Республике признало такую рекламу нарушающей требования закона и привлекло общество к административной ответственности в виде штрафа в размере 500 тыс. руб. (ч. 1 ст. 14.3 КоАП).

    В свою очередь, общество “Л” подало в арбитражный суд заявление о признании постановления антимонопольного органа незаконным. Суд первой инстанции в иске отказал (решение арбитражного суда Чеченской Республики от 24 ноября 2014 г. по делу № А77-1340/2014).

    А вот апелляция и кассация встали на сторону общества (постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 марта 2015 г. № 16АП-5043/14, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18 июня 2015 г. № Ф08-3939/15).

    Управление ФАС по Чеченской Республике обжаловало эти судебные акты в ВС РФ, но тот также не нашел оснований для их пересмотра, пояснив при этом следующее.

    Распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы (ч. 1 ст. 18 Федерального закона от 13 марта 2006 г. № 38-ФЗ “О рекламе”). П.

    ранее указал номер своего мобильного телефона при присоединении к программе ответчика “М”, поэтому суды решили, что он выразил свое согласие на получение СМС-сообщений, в том числе рекламного содержания.

    Тем самым СМС-рассылку ВС РФ счел законной, а привлечение общества к административной ответственности – необоснованным (постановление ВС РФ от 16 октября 2015 г. № 308-АД15-12518).

    Источник: http://www.garant.ru/news/1198714/

101Адвокат
Добавить комментарий