Оправдан по Вердикту присяжных

Оправдательный приговор, которого адвокат повторно добился в суде присяжных, устоял в апелляции

Оправдан по Вердикту присяжных

26 марта Пермский краевой суд оставил в силе оправдательный приговор, вынесенный 7 февраля Кировским районный судом г. Перми на основании единогласного вердикта присяжных об отсутствии события преступления.

По версии обвинения, 31 марта 2018 г. Елена Барабанщикова в ходе ссоры с гражданским мужем на почве личной неприязни ударила его ножом в грудь. Потерпевший скончался от кровопотери. В результате женщине было предъявлено обвинение в убийстве (ч. 1 ст. 105 УК РФ) и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

По версии защиты, потерпевший, будучи в состоянии алкогольного опьянения (что установлено судебно-медицинской экспертизой), в плохо освещенной прихожей квартиры во время ссоры сам напоролся на нож, который Барабанщикова держала перед собой, опасаясь за свое здоровье из-за агрессивного поведения мужчины.

Первое оправдание присяжными и отмена приговора

Отметим, что это не первый оправдательный приговор в отношении Елены Барабанщиковой. В сентябре 2018 г. Кировский районный суд г. Перми на основании вердикта коллегии присяжных оправдал ее (приговор имеется в распоряжении «АГ») за отсутствием в действиях подсудимой состава преступления, отменив меру пресечения в виде заключения под стражу.

Однако первый приговор был отменен апелляционной инстанцией по представлению стороны обвинения, посчитавшей, что по делу были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, повлиявшие на содержание ответов присяжных. Дело было направлено на новое разбирательство в ином составе суда.

Так, согласно представлению, защита доводила до сведения присяжных информацию, отрицательно характеризующую потерпевшего (в частности, о его конфликтности и злоупотреблении алкоголем), и положительно – подсудимую.

Также указывалось, что защитник акцентировал внимание на уменьшении обвинения: изначально его доверительнице вменяли в вину несколько ударов ножом, но в итоге ранение в деле осталось одно.

Кроме того, отмечалось, что один из присяжных в перерыве заседания высказывал другим членам коллегии свое мнение о некомпетентности допрошенного в суде эксперта, а также убеждение в том, что потерпевший сам напоролся на нож.

Претензии были высказаны и в части упоминания защитником в прениях показаний свидетеля, которые не оглашались в суде, а также высказывания подсудимой при присяжных о ее желании пройти исследование на полиграфе, в чем ей было отказано следствием.

Кроме того, в апелляционной жалобе другие потерпевшие по данному уголовному делу (мать и бывшая жена) заявили, что адвокат дискредитировал представленные обвинением доказательства и оценивал качество работы экспертов, ставя под сомнение их заключения.

Суд частично согласился с доводами обвинения и потерпевших.

В апелляционном определении (есть у «АГ») он указал, что сторона защиты, включая адвоката, неоднократно в присутствии присяжных доводила информацию, которая не относилась к фактическим обстоятельствам дела, заявляла о необъективности расследования, пыталась дискредитировать сторону обвинения и представленные ею доказательства, признанные судом допустимыми, оценивала качество работы экспертов, порочила их показания и пыталась вызвать сочувствие к подсудимой, характеризуя ее с положительной стороны, а потерпевшего – отрицательно.

Среди других доводов отмены приговора отмечалось, что председательствующий обоснованно исключил из состава коллегии одного из присяжных, однако не сообщил о причинах замены остальным заседателям и не довел до их сведения, что его высказывания не следует учитывать при вынесении вердикта. Дело было направлено на пересмотр в составе новой коллегии присяжных.

В комментарии «АГ» советник Федеральной палаты адвокатов РФ, эксперт в области суда присяжных Сергей Насонов отметил, что апелляцией было допущено смешение доводов, часть из которых действительно указывает на нарушение уголовно-процессуального закона, а часть – не могут выступать апелляционными основаниями.

Так, пояснил он, исследование сведений о личности потерпевшего имеет непосредственное отношение к делу, поэтому данные о его агрессивности, конфликтности – относимы. Исследование же положительных сведений о подсудимой формально может быть признано нарушением ч.

8 ст. 335 УПК, однако оно несущественное. «Это минимальный набор сведений, который не должен был повлечь отмену приговора. Кроме того, неясно, как реагировал на это судья. Он наверняка просил присяжных не принимать во внимание данные о личности», – заметил эксперт.

В то же время он указал на более серьезные основания для отмены приговора: «Ссылка защитника в ходе допроса и в прениях на не исследованные в суде объяснения свидетеля – достаточно критичное нарушение.

Нельзя ссылаться на то, что не было исследовано».

Также он согласился, что при замене присяжного судья, установив факт высказывания им мнения по делу, должен был нейтрализовать последствия и дать соответствующие разъяснения коллегии – иначе это тоже может стать основанием отмены приговора.

https://www.youtube.com/watch?v=Fup0Nk6viao

Сергей Насонов добавил, что ссылки защитника в прениях на уменьшение объема обвинения вполне допустимы, а упоминание подсудимой о том, что не было проведено исследование на полиграфе, – это незаконное воздействие на присяжных.

«Достаточно ли этих нарушений для отмены приговора – вопрос оценочный, – заключил он. – Обращает на себя внимание общий дефект обоснования – только применительно к одному нарушению (о замене присяжного) в апелляционном определении указано, что судья не дал присяжным необходимых разъяснений.

А в остальных случаях? Это принципиально, так как такими разъяснениями все это можно было устранить».

Эксперт также обратил внимание, что апелляционная инстанция не дала оценки исправлениям в вопросном листе, хотя это самостоятельное нарушение УПК.

Наибольшее возмущение Сергея Насонова вызвали доводы о том, что защитник якобы неправомерно ставил под сомнение качество проведенных по делу экспертиз. «Это право адвоката, – подчеркнул он.

– Почему нельзя оспаривать заключение эксперта: это что, супердоказательство? Апелляция в данном случае, видимо, признает формальную теорию доказательств. Перекрестный допрос эксперта – также нормальное средство защиты.

Все вопросы эксперту были по делу, и в своей речи защитник вправе критиковать достоверность заключения».

«Никто из экспертов, сделавших заключения о ножевом ранении, не смог ответить, при каких обстоятельствах оно было получено, – отметил Рафаэль Нуруллин. – Эксперт, который производил вскрытие, на мой вопрос о том, нанесли ли потерпевшему удар или он сам наткнулся на нож, ответил, что определить это невозможно. То есть экспертиза установила только факт ножевого ранения, но не его механику».

Адвокат добавил, что его подзащитная обжаловала определение в кассацию, однако суд поддержал выводы апелляции и в рассмотрении жалобы отказал.

Второй оправдательный вердикт

При пересмотре дела новая коллегия присяжных вынесла единогласный вердикт в пользу невиновности подсудимой. Рафаэль Нуруллин подчеркнул, что, поскольку присяжные вынесли решение об отсутствии события преступления, инцидент с потерпевшим фактически признан несчастным случаем.

«Полагаю, мы сумели показать присяжным отсутствие умысла на убийство с помощью свидетельств поведения моей подзащитной до и после случившегося, – пояснил он. – Сразу после трагического события она стала звать на помощь, о чем свидетельствовали соседи, просила вызвать скорую, пыталась оказать потерпевшему первую помощь и была рядом с ним до последних минут его жизни.

Затем сама пришла в полицию. Будет ли все это делать человек, желавший смерти потерпевшему? Думаю, нет».

Защитник добавил, что обратил внимание присяжных и на положение тела потерпевшего, обнаруженного полицейскими в прихожей квартиры, свидетельствовавшее, что он следовал за уходящей подзащитной: «Если бы она хотела его убить, труп нашли бы на кухне рядом с местом, где лежали ножи. Это подтверждает, что она пыталась избежать продолжения конфликта, уходя от потерпевшего и защищаясь, но тот продолжал преследование».

Защитник также отметил изменения в вопросах, поставленных перед присяжными судьей: «При первом рассмотрении дела вопросы ставились, на мой взгляд, более правильно – сначала о наличии ранения, а затем – о действии, в результате которого оно произошло, – пояснил он.

– При пересмотре дела, несмотря на мои возражения, суд в списке вопросов сразу связал ранение с ударом. Причем на этом настаивало обвинение, которое впоследствии в своем апелляционном представлении свой же вопрос назвало двусмысленным – видимо, в надежде, что присяжные этого не заметят.

Однако те разобрались и, чтобы исключить двусмысленное толкование, сразу единогласно ответили – “не доказано”».

На основании вердикта суд вынес оправдательный приговор (есть у «АГ») и отменил оправданной меру пресечения в виде подписки о невыезде.

Утверждение оправдания в апелляции

Обжалуя приговор, обвинение в качестве довода для его отмены указало, что «с целью незаконного воздействия на присяжных заседателей подсудимая неоднократно начинала плакать, в связи с чем в судебном заседании объявлялись перерывы… Таким же образом вела себя и дочь оправданной».

По этому поводу адвокат Московской региональной коллегии адвокатов Александр Васильев отметил, что если начинать отменять приговоры по поводу плача подсудимых, то следующим аргументом прокуроров станет опротестование излишне позитивного настроя подсудимого, его вызывающе равнодушное поведение, излишне опрятная или, наоборот, непозволительно безвкусная одежда и т.д. «Впрочем, прерываются эти прокурорские креативы вопросом о том, какая норма права запрещает это делать. Если подсудимая плакала, не нарушая хода заседания, она вполне имеет право это делать (когда нарушала – объявлялся перерыв, как и указано). В любом случае потерпевшие в судах присяжных плачут не реже», – добавил он.

https://www.youtube.com/watch?v=Fccm3ZUY93o

Также он обратил внимание и на доводы прокурора о том, что подсудимая «подвергала сомнению допустимость доказательств, представленных стороной обвинения, заявляя о ложности показаний потерпевших и ряда свидетелей, а защитник в свою очередь незаконно воздействовал на присяжных заседателей, излагая им свое объяснение противоречий в показаниях оправданной».

Эксперт отметил, что прокурор в данном случае перепутал «допустимость» и «достоверность» доказательств: «Действительно, эти понятия в УПК прямо не определены, однако они изучаются в вузе в рамках курса по уголовному процессу, и, когда прокурор путает допустимость (которую должен оценивать судья) и достоверность (которую оценивают присяжные), возникает вопрос: как он сдал экзамен по данной дисциплине?»

Кроме того, в возражениях прокуратуры указывалось, что одна из присяжных скрыла известный ей факт уголовного преследования сына, что лишило сторону обвинения права на ее отвод, а запасной присяжный за несколько дней до удаления коллегии в совещательную комнату общался с посторонними лицами, которым якобы сообщил, что подсудимую оправдают, “так как она хорошая и ей негде жить, а также проявил… осведомленность о личности пострадавшего”».

Однако на этот раз оправдательный приговор устоял в апелляции. В апелляционном определении (имеется у «АГ»), в частности, указано, что подсудимая не подвергала сомнению допустимость доказательств, а лишь излагала свою оценку их достоверности, что не запрещено законом.

Выступление защитника обвиняемой в прениях апелляция оценила как «стремление в максимально доступной форме довести до сведения коллегии присяжных заседателей позицию его подзащитной».

Плач подсудимой и ее дочери, как отмечается в определении, не повлиял на формирование мнения коллегии, поскольку председательствующий своевременно обращался к присяжным с просьбой не принимать эмоциональные проявления во внимание.

Довод обвинения о запасном присяжном суд отклонил, поскольку тот не участвовал в вынесении вердикта.

Сергей Насонов прокомментировал, что случае с сыном присяжной апелляционная инстанция привела четкие контрдоводы: «Во-первых, при отборе присяжных гособвинителем был задан вопрос о том, имеются ли у кандидатов близкие родственники, которые привлекались к уголовной ответственности, но не были осуждены.

При этом, как указал суд, гособвинитель не разъяснил, что следует понимать под привлечением к уголовной ответственности, хотя правильное толкование этого правового положения составляло суть заданного вопроса».

«Вопрос прокурора присяжным о наличии у них близких родственников, которые привлекались к уголовной ответственности, но не были осуждены, не охватывает обстоятельств, связанных с сыном присяжной, – добавил Рафаэль Нуруллин.

– Из постановления о прекращении уголовного преследования в отношении данного лица следует, что он проходил по уголовному делу в качестве подозреваемого, а не обвиняемого. Соответственно, он не является лицом, привлеченным к уголовной ответственности».

Кроме того, добавил защитник, из представленных суду материалов не следовало, что присяжная знала о ситуации с ее сыном, так как на момент допроса он являлся совершеннолетним и мог скрыть статус подозреваемого от матери. «Таким образом, присяжная ничего от обвинения не скрывала», – резюмировал он.

Другим контрдоводом суда по сыну присяжной Сергей Насонов назвал аргумент о «манипулятивном характере» данной претензии со стороны обвинения. «“Почему прокурор молчал до вердикта? Когда и как были получены эти сведения?” – такими вопросами фактически задается апелляционная инстанция, парируя претензии гособвинения», – отметил он.

По мнению Александра Васильева, принципиальным в этом вопросе является то, что сторона обвинения выяснила факты о сыне присяжной только после вынесения оправдательного приговора. «Отсюда следует неутешительный вывод: гособвинение по этому делу интересовал только обвинительный приговор, вне зависимости от реальной вины подсудимой».

Рафаэль Нуруллин выразил удовлетворение решением апелляции. «Надеюсь, в третий раз добиваться оправдания моей подзащитной не потребуется», – резюмировал он.

https://www.youtube.com/watch?v=txDRhAEmhfw

Эксперты сошлись во мнении, что в случае с повторным оправданием Елены Барабанщиковой имеет место довольно редкая для российской судебной системы правовая позиция апелляционной инстанции. «Это революционное определение, оно сильно выбивается из стереотипной практики отмены оправдательных приговоров, вынесенных присяжными», – заключил Сергей Насонов.

«Увы, в большинстве случаев оправдательные приговоры отменяются апелляционными судами с применением самых иезуитских вывертов мотивировочной части, однако в данном случае имеет место действительно четкое и обоснованное решение суда, который вполне справедливо утвердил оправдательный приговор, – добавил Александр Васильев.

– Это важный прецедент для адвокатской практики».

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/opravdatelnyy-prigovor-kotorogo-advokat-povtorno-dobilsya-v-sude-prisyazhnykh-ustoyal-v-apellyatsii/

Вс разрешил адвокатам критиковать судебную систему перед присяжными

Оправдан по Вердикту присяжных

Контекст

Реформа года: история расширения компетенции суда присяжных

Верховный суд РФ не видит проблем в критике судебной системы перед коллегией присяжных: высшая инстанция рассмотрела представление на оправдательный вердикт, в котором прокурор жаловался, что адвокат рассказал заседателям о некачественном российском правосудии и несправедливых решениях профессионального суда.

Эти высказывания никак не ограничили право гособвинения на представление доказательств, а значит не могут служить основанием для отмены оправдательного приговора, отмечает ВС РФ.

Он также указал, что работа адвоката в одном уголовном деле сначала на стороне потерпевшей, а затем на стороне подсудимого не является нарушением закона.

Претензии прокурора

Присяжные оправдали жителя Ставропольского края, которому вменялось участие в устойчивой вооруженной группе (банде) и четыре эпизода разбойных нападений. Согласно вердикту, причастность обвиняемого к этим преступлениям не установлена, в связи с чем он был оправдан, и за фигурантом признано право на реабилитацию.

Гособвинитель с вердиктом не согласился, а в апелляционном представлении он утверждал, что сторона защиты и ряд свидетелей в присутствии присяжных заседателей допускали такие заявления, которые повлияли на объективность присяжных и сказались на содержании ответов на поставленные перед коллегией вопросы.

«В частности, в представлении указывается, что адвокат заявил, что правосудие в России осуществляется некачественно, принимаемые профессиональными судьями решения являются незаконными и несправедливыми», – говорится в материалах дела.

Также в ходе судебного следствия и прениях адвокат неоднократно давал отрицательную характеристику одной потерпевшей и допускал предположения о возможной причастности к разбойному нападению других лиц, утверждал прокурор.

Кроме того, как указывается в апелляционном представлении, при допросе двух свидетелей доводилась информация об обстоятельствах личной жизни подсудимого: состоянии его здоровья и участии в различных положительных мероприятиях.

Гособвинитель считает, что председательствующий судья не принял необходимых мер для обеспечения порядка в судебном заседании, ограничиваясь лишь замечаниями в адрес обвиняемого и его защитника. Претензии прокурора также связаны с тем, что судья не во всех случаях разъяснял присяжным заседателям положения закона.

Обвинитель полагает, что все эти обстоятельства свидетельствуют как о желании вызвать у присяжных заседателей сочувствие и жалость к подсудимому, так и об оказании незаконного воздействия на коллегию, которое повлияло на вынесение ими необъективного вердикта.

Помощь потерпевшей

Гособвинителю также не понравилось, что адвокат сначала оказывал юридическую помощь одной из потерпевших в результате разбойного нападения, а позднее вступил в это же уголовное дело на стороне обвиняемого.

https://www.youtube.com/watch?v=aovBXRn1LCY

При этом его подзащитному впоследствии вменили разбой в отношении этой же потерпевшей, указал прокурор.

Он полагает, что адвокат не имел права оказывать юридическую помощь обвиняемому, раз ранее по этому же делу он предоставлял аналогичные услуги потерпевшей.

Гособвинитель просил принять во внимание все его аргументы и отменить оправдательный приговор, а дело направить на новое рассмотрение.

Позиция ВС

Верховный суд напоминает, что оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных, может быть отменен лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед коллегией вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов (статья 389.25 УПК РФ).

Причиной для отмены оправдательного приговора при рассмотрении дела присяжными также может послужить неясный и противоречивый вердикт, в случае когда  председательствующий не указал коллегии на допущенные ошибки и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Однако из материалов рассмотренного дела следует, что все действия суда, связанные с формированием состава коллегии присяжных, производством судебного следствия, прением сторон, формулированием и постановкой вопросов, напутственным словом, соблюдением тайны совещания заседателей и вынесением вердикта, произведены в полном соответствии с действующим процессуальным законодательством, указывает ВС.

По его мнению, в апелляционном представлении и дополнении к нему какие-либо нарушения, которые ограничили бы право государственного обвинителя на представление доказательств, равно как о вынесении коллегией присяжных неясного и противоречивого вердикта, не приведены.

«Что касается приведенных в апелляционном представлении конкретных заявлений и высказываний, допущенных стороной защиты, самим оправданным и некоторыми свидетелями в ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей, то каких-либо объективных данных о том, что именно эти заявления и высказывания ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя на представление доказательств, либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов, не установлено», – отмечает ВС.

Он также считает, что работа адвоката сначала с потерпевшей, а затем с подсудимым не может являться основанием для отмены оправдательного приговора.

«При этом Судебная коллегия исходит из того, что государственным обвинителем не представлены объективные данные, свидетельствующие о том, что названный адвокат оказывал (потерпевшей) юридическую помощь именно по настоящему уголовному делу и что он принимал участие в производстве с потерпевшей каких-либо следственных действий. Более того, в отношении (подсудимого) постановлен оправдательный приговор и его право на защиту не нарушено. К тому же, такое основание для отмены оправдательного приговора в уголовно-процессуальном законодательстве не предусмотрено», – поясняет Верховный суд РФ.

Таким образом, высшая инстанция определила оправдательный приговор Ставропольского краевого суда, вынесенный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

Алиса Фокс

Источник: http://rapsinews.ru/judicial_analyst/20190819/302874172.html

В соответствии с процессуальным законодательством

Оправдан по Вердикту присяжных

22 августа 2019 г. 13:21

ВС РФ подтвердил возможность адвоката критиковать качество правосудия в ходе судебного процесса

Как сообщает «АГ», Верховный Суд РФ вынес Апелляционное определение по уголовному делу № 19-АПУ19-9сп, в котором указал стороне обвинения на то, что не может являться основанием для отмены оправдательного приговора.

Суд оставил без удовлетворения представление прокурора, поданное на оправдательный приговор, в котором указывалось, что адвокат в суде присяжных заявлял, что принимаемые профессиональными судьями решения являются незаконными и несправедливыми.

Адвокат Сергей Шустров, защищавший оправданного, отметил, что апелляционное определение позволяет верить в то, что справедливые оправдательные приговоры судов первой инстанции, вынесенные с участием присяжных заседателей, не будут отменяться по формальным основаниям.

Александр Картушин был оправдан Ставропольским краевым судом по ч. 2 ст. 209, шести эпизодам п. «а», «б» ч. 4 ст. 162 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ за непричастностью к совершению указанных преступлений на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей.

https://www.youtube.com/watch?v=StpHE8Nvs0E

Не согласившись с приговором, прокуратура направила в ВС апелляционное представление. В нем она указала, что в нарушение требований ст. 334, 335, 340 и 252 УПК РФ сторона защиты и ряд свидетелей допускали заявления, которые повлияли на объективность коллегии присяжных заседателей и сказались на содержании ответов в вопросном листе.

В частности, защитник оправданного, адвокат АП Ставропольского края Сергей Шустров, согласно представлению, заявил, что правосудие в России осуществляется некачественно, принимаемые профессиональными судьями решения являются незаконными и несправедливыми.

В стадии судебного следствия и в прениях защитник неоднократно высказывался об отрицательных данных, характеризующих потерпевшую Т.

, которая якобы оговорила Картушина из корыстных побуждений, а также предполагал причастность иных лиц к разбойному нападению на потерпевших У., Б. и Т.

Кроме того, при допросе свидетелей С. и К. доводилась информация, характеризующая личность Александра Картушина, в том числе об обстоятельствах личной жизни, состоянии его здоровья и участии в различных положительных мероприятиях.

Также в судебных заседаниях 10 октября, 22 и 23 ноября 2018 г. свидетель Ф. неоднократно заявлял, что его заставили оговорить Картушина. Последний же в ходе допроса довел до сведения присяжных заседателей то, что потерпевшая Т.

оговорила его и дала ложные показания в суде с учетом заявленного ею гражданского иска.

Прокуратура указала, что, несмотря на систематические нарушения стороной защиты требований уголовно-процессуального закона, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей, председательствующий не принял необходимых мер для обеспечения порядка, ограничиваясь лишь замечаниями в адрес Картушина и защитника. При этом он не во всех случаях разъяснил присяжным заседателям положения закона.

Более того, отмечается в представлении, при произнесении напутственного слова председательствующий судья сообщил присяжным причины, по которым обвинение Александру Картушину было изменено, и обстоятельства, связанные с продажей последним автомобиля другому лицу, в то время как вопрос об использовании транспортного средства при совершении преступления в вопросном листе не ставился.

Прокуратура посчитала, что данные обстоятельства свидетельствуют как о желании вызвать у присяжных заседателей сочувствие и жалость к Картушину, так и об оказании незаконного воздействия на присяжных заседателей, которое не могло не повлиять на вынесение ими объективного вердикта.

Кроме того, в представлении указывается, что Сергей Шустров в нарушение требований ст. 72 УПК оказывал в период с 25 июля по 25 августа 2017 г. юридическую помощь потерпевшей Т. по факту разбойного нападения на нее, а с 17 ноября 2017 г.

вступил в это же уголовное дело на стороне Картушина, которому впоследствии было предъявлено обвинение и в разбое в отношении потерпевшей.

По мнению прокуратуры, адвокат не мог оказывать юридическую помощь обвиняемому, если ранее по этому же делу он оказывал помощь потерпевшей.

С учетом изложенного прокуратура попросила отменить оправдательный приговор и направить дело на новое рассмотрение.

Изучив материалы дела, Верховный Суд отметил, что согласно представленным материалам дела все действия суда, связанные с формированием состава коллегии присяжных заседателей, производством судебного следствия, прением сторон, формулированием и постановкой вопросов, напутственным словом судьи, соблюдением тайны совещания коллегии присяжных заседателей и вынесением вердикта, произведены в полном соответствии с действующим процессуальным законодательством.

Он также указал, что в апелляционном представлении какие-либо нарушения, допущенные судом в указанных стадиях производства, и нарушения, которые ограничили бы право государственного обвинителя, потерпевшего или его законного представителя на представление доказательств, равно как о вынесении коллегией присяжных заседателей неясного и противоречивого вердикта, не приведены.

«Что касается приведенных в апелляционном представлении конкретных заявлений и высказываний, допущенных стороной защиты, самим оправданным и некоторыми свидетелями в ходе судебного разбирательства в присутствии присяжных заседателей, то каких-либо объективных данных о том, что именно эти заявления и высказывания ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов, не установлено», – указал ВС РФ.

https://www.youtube.com/watch?v=fTxMuxZXqAE

Кроме того, Суд посчитал, что не может являться основанием для отмены оправдательного приговора и факт оказания Сергеем Шустровым на стадии предварительного расследования в период с 25 июля по 25 августа 2017 г. юридической помощи потерпевшей Т.

«При этом Судебная коллегия исходит из того, что государственным обвинителем не представлены объективные данные, свидетельствующие о том, что названный адвокат оказывал Т.

юридическую помощь именно по настоящему уголовному делу и что он принимал участие в производстве с потерпевшей каких-либо следственных действий», – подчеркнул ВС.

Он добавил, что в отношении Александра Картушина постановлен оправдательный приговор и его право на защиту не нарушено. К тому же такое основание для отмены оправдательного приговора в уголовно-процессуальном законодательстве не предусмотрено, отметил Суд. В связи с этим он определил оставить оправдательный приговор без изменения, а апелляционное определение – без удовлетворения.

Сергей Шустров указал, что за последние несколько лет произошли существенные положительные изменения в правовой позиции Верховного Суда.

«Настоящий состав Судебной коллегии по уголовным делам позволяет верить в то, что справедливые приговоры судов первой инстанции, а тем более оправдательные с участием присяжных заседателей, не будут отменяться по формальным основаниям», – подчеркнул адвокат.

Сергей Шустров отметил, что принятое решение подтвердило высочайший профессионализм судей Судебной коллегии ВС по уголовным делам и сложившуюся тенденцию выхода ВС из-под зависимости каких-либо систем уголовного преследования.

«Для остальных судей ВС и судей всех уровней определение апелляционной инстанции является ярким примером принятия обоснованного, законного и справедливого решения суда по каждому конкретному уголовному делу», – резюмировал защитник.

Комментируя определение ВС, адвокат КМА «ВердиктЪ» Анастасия Тюняева с сожалением отметила, что в России оправдательный приговор рассматривается как нечто несвойственное судебной системе.

По ее мнению, если в суде первой инстанции был вынесен оправдательный вердикт, то в большинстве случаев он будет отменен судом апелляционной или кассационной инстанции.

При этом обвинительный приговор, основанный на обвинительном вердикте присяжных, отменяется в редких случаях, вне зависимости от количества нарушений, выявленных в процессе. Анастасия Тюняева отметила, что данное решение ВС – несомненно, еще одна победа коллег.

Адвокат заметила, что состязательности в чистом виде ждать не стоит. «Уже на стадии подачи ходатайства о рассмотрении дела в суде присяжных прокурор обладает полномочиями вернуть дело на дополнительное следствие, указав провести экспертизы, о проведении которых заявляла сторона защиты и которые были отклонены. А ведь дело еще даже не попало в суд», – указала Анастасия Тюняева.

В то же время она напомнила, что присяжные умеют чувствовать и отграничивать предположения от утверждений, а ложь от правды. «Принимая решение о непричастности Картушина к инкриминируемым ему деяниям, они воспринимали картину в целом, а не только “отрицательные характеристики  потерпевшей” и “предположения о возможности причастности к преступлению других лиц”, на которые в представлении указывал государственный обвинитель», – посчитала Анастасия Тюняева.

Источник: https://fparf.ru/news/fpa/v-sootvetstvii-s-protsessualnym-zakonodatelstvom/

Апелляционное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 июня 2013 г. N 18-АПУ13-12СП Суд оставил оправдательный приговор без изменения, исходя из того, что неуказание в приговоре, постановленном на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, оснований оправдания не влечёт безусловной отмены приговора, так как реабилитирующие основания его оправдания сомнения не вызывают

Оправдан по Вердикту присяжных

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кузнецова В.В.,

судей Абрамова С.Н. и Пейсиковой Е.В.,

при секретаре Маркове О.Е.

https://www.youtube.com/watch?v=7i2latCr1ew

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Степаняна А.С. на приговор Краснодарского краевого суда от 27 марта 2013 г., постановленный с участием присяжных заседателей, по которому

Каленик Л.А., судимый 9 августа 2010 г. по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к штрафу в размере 10000 рублей, постановлением от 3 ноября 2011 г. штраф заменён на исправительные работы на 6 месяцев, наказание не отбыто,

оправдан по предъявленному ему обвинению по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, с признанием за ним права на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Абрамова С.Н., выступления прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Телешевой-Курицкой Н.А.

, поддержавшей доводы, приведённые в апелляционном представлении об отмене приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство, адвоката Лунина Д.М.

, просившего приговор оставить без изменения, Судебная коллегия установила:

органами предварительного следствия Каленик Л.А. обвинялся в том, что 10 апреля 2012 г., находясь в квартире № … расположенной в г. … по ул. … дом № …, где он проживал с П. после того, как П.

без участия медицинских работников родила жизнеспособного младенца мужского пола, он, желая причинения ему смерти, поскольку родившийся ребёнок был для него нежелательным, выбросил его из окна кухни квартиры, расположенной на третьем этаже.

В результате полученных от падения с высоты телесных повреждений, несовместимых с жизнью, наступила его смерть.

По приговору суда, основанном на вердикте коллегии присяжных заседателей, которым признано недоказанным, что Каленик Л.А. выбросил из окна родившегося ребёнка, находившегося в беспомощном состоянии, Каленик Л.А. оправдан.

В кассационном представлении государственный обвинитель Степанян А.С. указывает на незаконный состав коллегии присяжных заседателей. Так, при формировании коллегии присяжных заседателей на вопрос председательствующего о том, привлекался ли кто-либо из кандидатов в присяжные или их близкие родственники к уголовной ответственности, кандидаты Г.

, вошедший в основной состав коллегии присяжных, и Э., ставшая запасным присяжным заседателем, скрыли сведения о том, что Г. привлекался к уголовной ответственности за угрозу убийством по ч. 1 ст. 119 УК РФ (уголовное дело прекращено 5 марта 2008 г. на основании ст. 25 УПК РФ), Э. привлекалась к уголовной ответственности по ч. 1 ст.

 157 УК РФ (уголовное дело прекращено 21 января 1998 г. по амнистии), была осуждена 15 июня 1998 г. по ч. 1 ст. 157 УК РФ к 1 году исправительных работ и 22 октября 2003 г. по ст. 156 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы в колонии-поселении. Указывает на то, что в нарушение п.п. 2, 5 ч. 2 ст. 333 УПК РФ Э.

до удаления присяжных в совещательную комнату для вынесения вердикта обсуждала с другими присяжными вопросы, которые должны были быть рассмотрены в совещательной комнате; до выхода присяжных заседателей из совещательной комнаты высказывалась о том, что вердикт будет не в пользу обвинения; нарушила тайну совещательной комнаты, позвонив кому-то из присяжных заседателей в совещательную комнату, когда там обсуждался вердикт. Кроме того, стороной защиты нарушались требования ст. 335 УПК РФ, определяющей особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей: при допросе потерпевшей П. ей задавались вопросы по её явке с повинной, написанной на предварительном следствии; матери Каленика задавались вопросы о незаконных методах следствия в отношении её сына; в прениях речь защитника в большей степени была посвящена не доказыванию невиновности Каленика, а обвинению П. Считает, что эти нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на ответы присяжных заседателей на поставленные перед ними вопросы. Обращает внимание на то, что в приговоре не указаны основания оправдания Каленика. Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство со стадии формирования коллегии присяжных заседателей.

https://www.youtube.com/watch?v=9IX5htR9Hyw

Проверив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в кассационном представлении, Судебная коллегия находит, что приговор постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей, основанном на всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела, и в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

В соответствии со ст. 389.

25 оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов, а также, если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Судебная коллегия считает, что таких нарушений по делу допущено не было.

Как следует из протокола судебного заседания, кандидатам в присяжные заседатели, а также стороне обвинения и стороне защиты были разъяснены их права, предусмотренные ст. 328 УПК РФ, которые они в полной мере реализовали.

Сторонам вручались списки кандидатов в присяжные заседатели, позволявшие сторонам в полной мере реализовать свое право по формированию коллегии присяжных заседателей.

Стороны участвовали в опросе каждого кандидата в целях выяснения обстоятельств, препятствующих участию кандидата в рассмотрении дела.

Доводы, приведённые в апелляционном представлении о незаконном составе коллегии присяжных заседателей, Судебная коллегия находит необоснованными.

Так, на вопрос председательствующего – привлекался ли кто- либо из кандидатов в присяжные или их близких родственников к уголовной ответственности, кандидат Г.

, вошедший в основной состав коллегии присяжных, был вправе не отвечать утвердительно, поскольку он к уголовной ответственности по приговору суда не привлекался, а уголовное дело, возбужденное в отношении него по ч. 1 ст.

 119 УК РФ, было прекращено 5 марта 2008 г. на основании ст. 25 УПК РФ за примирением сторон.

Сам факт возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица, предъявление ему обвинения, не означают что это лицо привлечено к уголовной ответственности.

В равной мере это относится и к запасному присяжному заседателю Э.

, а не сообщение ею при формировании коллегии присяжных заседателей сведений о погашенной судимости не является основанием для признания вердикта вынесенным незаконным составом коллегии присяжных заседателей, поскольку она как запасной присяжный заседатель в вынесении вердикта не участвовала и, кроме того, в соответствии со ст.

 3 Федерального закона от 20 августа 2004 г. № 113-ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» присяжными заседателями и кандидатами в присяжные заседатели не могут быть лица, лишь имеющие непогашенную или неснятую судимость.

Судебное разбирательство по делу проведено полно и всесторонне, с учётом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности в суде с участием присяжных заседателей.

Каких-либо данных, свидетельствующих об односторонности или неполноте судебного следствия, не имеется. Права стороны обвинения, как и стороны защиты, по представлению и исследованию доказательств, председательствующий не нарушал.

В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

https://www.youtube.com/watch?v=VqX-GlQSDvY

Доводы государственного обвинителя, приведённые в апелляционном представлении, о заданных вопросах П. по её явке с повинной, матери Каленика – о незаконных методах следствия, высказывания адвоката в прениях в отношении характеризующих данных П. как основания для отмены приговора, Судебная коллегия находит необоснованными.

Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий по делу в каждом случае своевременно реагировал на такие высказывания и обращался к присяжным заседателям с просьбой не принимать эту информацию во внимание при вынесении вердикта.

Утверждение автора апелляционного представления о том, что запасной присяжный заседатель Э.

до вынесения вердикта обсуждала с другими присяжными заседателями вопросы, которые должны были быть рассмотрены в совещательной комнате, является голословным, поскольку в материалах дела отсутствуют какие-либо сведения об этом, а также о том, что Э. либо кому-то из присяжных заседателей в связи с этим заявлялись отводы.

Высказывание не принимавшей участия в вынесении вердикта Э. своего мнения о том, что вердикт будет не в пользу обвинения, а также её звонок в совещательную комнату с вопросом о времени выхода присяжных из совещательной комнаты, на законность вынесения вердикта не влияют.

Это также не означает, что тайна совещания коллегии присяжных заседателей была нарушена, как безусловное основание для отмены оправдательного приговора, поскольку каких-либо данных о том, что это повлияло на содержание данных присяжными заседателями ответов на поставленные перед ними вопросы, не имеется.

Не указание в приговоре, постановленном на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, оснований оправдания Каленика, не влечёт безусловную отмену приговора, так как реабилитирующие основания его оправдания сомнения не вызывают.

Таким образом, доводы, приведённые а апелляционном представлении, о наличии оснований для отмены приговора не нашли подтверждения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия определила:

приговор Краснодарского краевого суда от 27 марта 2013 г. в отношении Каленика Л.А. оставить без изменения, а апелляционное представление без удовлетворения.

Председательствующий Кузнецов В.В.

В кассационном представлении гособвинитель указывает на незаконный состав коллегии присяжных заседателей.

Так, при формировании коллегии присяжных заседателей на вопрос председательствующего о том, привлекался ли кто-либо из кандидатов в присяжные или их близкие родственники к уголовной ответственности, 2 кандидата скрыли сведения о том, что привлекались к уголовной ответственности.

ВС РФ отклонил данные доводы, пояснив следующее.

Один из указанных кандидатов в присяжные были вправе не отвечать утвердительно на вопрос председательствующего, поскольку к уголовной ответственности по приговору суда не привлекался, а уголовное дело, возбужденное в отношении него, были прекращено в связи с примирением сторон.

Сам факт возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица, предъявление ему обвинения еще не означают что это лицо привлечено к уголовной ответственности.

В равной мере это относится и к другому кандидату в присяжные.

Несообщение им сведений о погашенной судимости не является основанием для признания вердикта вынесенным незаконным составом коллегии присяжных заседателей, поскольку он как запасной присяжный заседатель в вынесении вердикта не участвовал.

Кроме того, присяжными заседателями и кандидатами в присяжные не могут быть лица, лишь имеющие непогашенную или неснятую судимость.

С учетом изложенного доводы о незаконном составе коллегии присяжных заседателей признаны необоснованными.

Источник: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70304808/

101Адвокат
Добавить комментарий