Правомерно ли решение суда в данной ситуации?

Чем грозит России неисполнение решений ЕСПЧ?

Правомерно ли решение суда в данной ситуации?
Правообладатель иллюстрации AFP Image caption Европейский суд в последнее время принимал решения, которыми были недовольны российские власти

Министерство юстиции России направило в Конституционный суд страны обращение о неисполнении постановления Европейского суда по правам человека по делу “Анчугов и Гладков против России”.

Это стало первым подобным обращением в Конституционный суд после вступления в силу в декабре поправок в закон о его деятельности. КС теперь может признавать решения международных судов неисполнимыми, если они противоречат Конституции России. Закон был принят во многом из-за решений ЕСПЧ.

Дело “Анчугова и Гладкова” полностью подпадает под действие принятых поправок. ЕСЧП принял решение по нему еще в 2013 году. Само дело появилось по жалобам Сергея Анчугова и Владимира Гладкова, направленным в ЕСПЧ в 2004 и 2005 годах соответственно.

Оба они жаловались, что, находясь в тюрьме, были лишены права участвовать в выборах. Согласно 32-й статье российской Конституции лица, лишенные свободы по приговору суда, не могут участвовать в выборах.

ЕСПЧ посчитал, что эта статья основного закона России противоречит Европейской конвенции о защите прав человека.

По этому делу существует прецедент в международной практике – дело “Херст против Великобритании”. Джон Херст, отбывавший срок за убийство, пожаловался в ЕСПЧ, что не может принять участие в выборах.

В 2004 году ЕСПЧ принял решение о том, что власти Великобритании нарушают права Херста. Правительство Великобритании пыталось принять закон, дающий заключенным право голоса, но его не одобрил парламент страны. В итоге решение ЕСПЧ так и не было выполнено.

Суд до сих пор грозит британским властям штрафами и крупными издержками за неисполнение этого решения.

Решения ЕСПЧ распространяются на страны, ратифицировавшие Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод. Юристы признают, что решения суда часто не исполняются.

Но страны очень редко отказываются открыто от обязательств, как это произошло с Великобританией. Чаще всего они просто игнорируют решения ЕСПЧ.

Если российский верховный суд откажется исполнять решение ЕСПЧ, это станет первым подобным прецедентом и может быть расценено как вызов.

ЕСПЧ может наложить на Россию штрафы. Чем дольше она не будет исполнять решение суда, тем больше придется платить. Также юристы не исключают адресных мер со стороны Совета Европы. Эффективность всех этих мер, правда, остается под вопросом. Юристы отмечают, что главные потери России в этом конфликте – репутационные.

Юристы также отмечают, что для России это может стать опасным прецедентом: если КС разрешит не исполнять решение ЕСПЧ, то же может произойти с другими решениями суда. Самым громким из них является дело бывших акционеров ЮКОСа.

Согласно решению ЕСПЧ, Россия должна выплатить им почти 2 млрд евро.

В ЕСПЧ собирается обратиться с иском и оппозиционер Алексей Навальный из-за многочисленных отказов российских судов по делу против генерального прокурора России Юрия Чайки.

Русская служба Би-би-си обратилась к двум российским и одному британскому эксперту с вопросом о том, какие последствия могут грозить России в случае неисполнения решений ЕСПЧ и как оценивают в Британии решение по делу Джона Херста 2004 года.

Сергей Насонов, адвокат, кандидат юридических наук:

Предвидеть такое обращение было не сложно, так как Европейский суд вынес ряд решений, которые вызвали дискуссию, даже бурное недовольство некоторых наших органов.

Я надеюсь, что позиция Конституционного суда будет хорошо аргументирована. У Конституционного суда много вариантов изложения своей позиции. Необязательно, что они жестко откажут или полностью удовлетворят. Есть множество промежуточных вариантов, когда можно избрать гибкий подход, например, установить дифференциацию в зависимости от вида наказания.

Конечно, теперь общество будет следить за решением Конституционного суда. Насколько решение будет обоснованным и убеждающим, определит отношение общества к КС.

Комитет министров Совета Европы применяет целый ряд механизмов, которые побуждают государства исполнять решения ЕСПЧ. В данной ситуации речь не может идти о мерах общего характера, это отдельные единичные конкретные решения.

Например, это увеличение штрафных выплат, которые возлагаются на государство в случае неисполнения решения суда, или обращение в рамках Совета Европы через разные механизмы к государству, чтобы побудить его к исполнению решения. Это, прежде всего, вопрос репутации. Если такая ситуация произойдет, я думаю, целесообразнее будет выполнить требования, чем выплачивать какие-то астрономические суммы в виде штрафов.

Решения ЕСПЧ в целом часто не исполняются. Чаще всего это принимает форму молчаливого отказа, государство просто не реализует решения. Каждое решение ЕСПЧ содержит меры общего и специального характера.

Меры специального характера – это восстановление прав, которые были нарушены. Меры общего характера – это изменения в законодательстве, чтобы такие ситуация не повторялись. Государства очень редко применяют общие меры.

Тем не менее, если решение будет принято на уровне Конституционного суда, то это будет своеобразным вызовом.

Каждое решение Конституционного суда индивидуализировано. Оно не может быть использовано как прецедент для других решений. Однако если такая практика начнет формироваться, возникает вопрос, насколько мы соблюдаем обязательства в рамках конвенции по правам человека и других соглашений, которые мы приняли.

Сергей Голубок, адвокат:

В том случае, если Конституционный суд согласится с позицией министерства юстиции, Россия с точки зрения внутреннего права будет не иметь обязанности исполнять решение Европейского суда по правам человека.

При этом международное правовое обязательство исполнять это решение сохранится. Возникнет ситуация, когда на уровне национального правового режима это решение не действует, а на уровне международного правового режима оно действует.

У ЕСПЧ механизмов правового давления на Россию нет. Теоретически комитет министров Совета Европы может принять какие-то меры, но он вряд ли это возможно, так как обычно он этих мер не принимает.

В целом очень много решений ЕСПЧ не исполнено. Очень редко государства отказываются исполнять прямо решением своих органов власти. Прецедент – это позиция Палаты общин Великобритании по делу Херста номер 2. Но других прецедентов, когда высший национальный суд отказывает в исполнении решений ЕСПЧ, нет.

Было выбрано это дело, я думаю, чтобы сослаться на британский опыт Херста. Это означает, что не такая проблема существовала и раньше.

Это может стать прецедентом для неисполнения других решений ЕСПЧ. Однако это позиция России, но это не значит, у России не будет такого обязательства.

Елена Коростелева, профессор международных отношений Университета Кента:

Вопрос о предоставлении заключенным права голоса выносился на обсуждение в обеих палатах парламента Великобритании примерно год назад. Тогда в числе прочих вопросов о предоставлении заключенным более широких прав обсуждался и вопрос о предоставлении им права голоса. И тогда итогом дебатов было решение не предоставлять заключенным такого права.

Сама идея наказания заключается в ограничении фундаментальных прав и свобод, включая права участвовать в ании. Таким образом, проводится разграничение между теми, кто уважает эти права и свободы и теми, кто их нарушает.

Во время обсуждения в Палате лордов преобладало мнение, что наказание заключается не в том, в какой конкретно форме оно совершается, а прежде всего в лишении доступа к базовым свободам, которые даются человеку при рождении как итог договора между государством и гражданином.

Мое мнение таково, что решение подобного вопроса должно оставаться за обществом, и никто не может навязывать государству то или иное решение. Поэтому я считаю правомерным решение Великобритании.

Механизм организации общества в Великобритании основан на том, что мы как граждане страны голосуем за наших представителей и даем им право ать от нашего имени в парламенте.

Это особенно важно, потому что когда год назад параллельно с дебатами в парламенте шла дискуссия в обществе – в средствах массовой информации, в переписке между электоратом и членами парламента, общественное мнение нашло свое отражение в позиции депутатов.

И тогда общественное мнение склонялось к тому, что заключенные должны быть лишены прав и свобод, точно так же как они совершили преступления против базовых прав и свобод других граждан.

Источник: https://www.bbc.com/russian/russia/2016/02/160202_qd_russia_europe_court

Банк между двух огней: риски неисполнения и неправомерного исполнения исполнительного документа

Правомерно ли решение суда в данной ситуации?

На первый взгляд исполнение требований исполнительного документа — рутинная операция, которая не должна вызывать серьезных споров: процедура исполнения, в том числе ответственность банков за неправомерные действия, законодательно урегулирована. Тем не менее, судебная практика показывает, что не все так однозначно.

В соответствии с нормами Закона о банках[1], Закона об исполнительном производстве[2], Положениями Банка России № 285-П и № 383-П кредитные организации обязаны незамедлительно исполнить содержащиеся в исполнительных документах или постановлениях судебных приставов-исполнителей требования о взыскании денежных средств. В соответствии с позицией Центрального банка Российской Федерации[3] незамедлительно – значит не позднее рабочего дня, следующего за поступлением таких документов.

В соответствии со статьей 8 Закона об исполнительном производстве исполнительный документ о взыскании денежных средств или об их аресте может быть направлен в банк или иную кредитную организацию непосредственно взыскателем. Законодатель перечислил конкретные требования, предъявляемые к заявлению взыскателя. Так, в заявлении должны содержаться:

  • реквизиты банковского счета взыскателя для перечисления;
  • ФИО, гражданство, реквизиты документа, удостоверяющего личность, место жительства или место пребывания, ИНН либо данные миграционной карты и документа, подтверждающего право на пребывание (проживание) в РФ взыскателя-гражданина;
  • наименование, ИНН или код иностранной организации, государственный регистрационный номер, место государственной регистрации и юридический адрес взыскателя – юридического лица.

Когда банк вправе задержать исполнение?

Не исполнить исполнительный документ кредитная организация может в случаях:

  • когда на счетах должника отсутствуют денежные средства;
  • когда на денежные средства на указанных счетах наложен арест;
  • в иных случаях, предусмотренных федеральным законом[4].

В соответствии с частью 6 статьи 70 Закона об исполнительном производстве кредитная организация вправе задержать исполнение исполнительного документа для проверки его подлинности либо достоверности сведений в случае наличия обоснованных сомнений, но не более чем на семь дней.

При этом незамедлительно приостанавливаются операции с денежными средствами на счетах должника в пределах суммы денежных средств, подлежащей взысканию. Важно понимать, что суды, оценивая правомерность приостановления исполнения, требуют подтвердить обоснованность сомнений в достоверности сведений.

В противном случае существует высокий риск присуждения компенсации убытков в пользу взыскателя, если действия или бездействие организации привели к реальной невозможности исполнения судебного акта.

К такому выводу пришли суды, например, в рамках дела № А40-69191/2017[5]. Взыскатель направил в банк исполнительный документ вместе с заявлением, которое соответствовало требованиям закона.

Банк приостановил исполнение переданного ему документа, сославшись на положения закона и рекомендации Банка России.

После проверки кредитная организация уведомила взыскателя о недостаточности средств на счете должника.

При рассмотрении дела выяснилось, что на момент предъявления исполнительного документа денежные средства имелись на счете в достаточном размере. Банк пытался обосновать свои сомнения в подлинности исполнительного листа: указал на то, что на сайте картотеки арбитражных дел отсутствовали сведения о вступлении решения в законную силу, а также информация о серии и номере исполнительного листа.

Суды, удовлетворяя требования истца, пришли к выводу о неправомерности действий банка, так как:

  • размещенное в сети Интернет решение по делу идентично предъявленному исполнительному документу;
  • подлинный исполнительный лист изготовлен с учетом инструкции по делопроизводству в арбитражных судах РФ, содержит сведения о вступлении судебного акта в законную силу;
  • материалы дела не содержат доказательств обращения ответчика в арбитражный суд, выдавший исполнительный лист с запросами о предоставлении сведений какого-либо характера.

При этом банк не представил доказательства проведения проверки подлинности исполнительного документа.

Каковы последствия?

В случае признания действий банка неправомерными финансовые потери для нарушителя могут быть значительными. В соответствии с частью 2 статьи 17.14 Кодекса РФ об административных правонарушениях штраф зависит от размера подлежащей взысканию денежной суммы и может достигать одного миллиона рублей.

Также Арбитражный процессуальный кодекс РФ предусматривает возможность наложения судебного штрафа на организацию в случае ее неправомерных действий. В данном случае штраф может достигать ста тысяч рублей.

Дополнительным негативным последствием в виде финансовых потерь для кредитной организации, неправомерно не исполнившей исполнительный документ, является возможность взыскания убытков со стороны взыскателя по документу.

Анализ приведенных правовых норм показывает, что банки обязаны незамедлительно исполнять поступающие к ним исполнительные документы и существенно ограничены в выборе оснований для отказа в исполнении предъявленного документа. В то же время высок риск взыскания убытков со стороны клиента в случае неправомерного списания денежных средств.

Например, Арбитражный суд Московского округа по одному из дел[6] признал обоснованным иск клиента к банку о взыскании убытков в виде реального ущерба за списание денежных средств по поддельному исполнительному документу.

В ходе рассмотрения дела было установлено, что банк исполнил поддельный исполнительный лист, ограничившись формальной проверкой по внешним визуальным признакам и полноте реквизитов, установленных Законом об исполнительном производстве.

Суд указал на то, что в данной ситуации банк является субъектом профессиональной предпринимательской деятельности в области проведения операций по счетам клиентов, осуществляющим их с определенной степенью риска.

Соответственно, банк должен нести ответственность в виде возмещения убытков, причиненных неправильным списанием принадлежащих истцу денежных средств.

Суды трех инстанций пришли к выводу, что действия, предпринятые банком, не были достаточными для установления подлинности спорного исполнительного документа.

В другом аналогичном деле суды пришли к выводу, что непроведение банком проверочных мероприятий по факту выдачи исполнительного листа и обоснованности предъявления его к исполнению, а также непринятие дополнительных меры защиты (смс-информирование, запрос по системе банк-клиент) является противоправным поведением ответчика в форме бездействия[7].

Что учитывать при проверке исполнительного листа?

Наиболее частыми основаниями для отказа банка являются ошибки, допущенные в предъявляемом взыскателем заявлении или исполнительном документе. Так как закон содержит строго определенные требования, то банк обязан проверить, соответствуют ли заявление или документ таким требованиям.

Например, в деле № 40-75776/2014[8] суды отказали в признании незаконными действий банка по возврату исполнительного листа без исполнения.

Из обстоятельств дела следует, что организация обратилась в банк с заявлением об исполнении исполнительного документа. К заявлению была приложена доверенность на представителя. Банк возвратил исполнительный лист и приложенные документы заявителю без исполнения, указав, что:

  • доверенность на представителя подписана лицом, которое не указано в качестве единоличного исполнительного органа на официальном сайте ФНС;
  • документы, подтверждающие полномочия подписанта к заявлению не приложены, не подтверждены обществом и данными единого государственного реестра юридических лиц.

Суды пришли к выводу, что действия банка были правомерными, так как закон требует[9] предоставлять сведения о взыскателе и представителе, что сделано не было. Однако истребование кредитными организациями дополнительных документов и сведений, которые не предусмотрены законом, расцениваются судами как неправомерные действия[10].

Также суды признают правомерными действия кредитной организации по возврату исполнительного документа, если в исполнительном документе допущены ошибки и опечатки в ИНН или наименовании сторон спора.

В одном из дел суд указал, что исполнительный лист правомерно возвращен взыскателю в связи с неверным указанием ИНН и наименования должника[11].

В деле № А56-70250/2015 суды пришли к выводу о правомерности отказа в принятии исполнительного документа в связи с наличием разного написания наименования взыскателя в исполнительном листе, при этом отличия заключались в одной букве.

Суды отклонили доводы взыскателя о том, что банк обязан проводить проверку с целью уточнения содержащихся в исполнительном листе сведений[12].

При этом существует и иная судебная практика, по смыслу которой недопустим формальный подход кредитных организаций к проверке заявления и исполнительного документа.

Так, суды, удовлетворяя требования заявителя о признании действий банка незаконными, указали на то, что написание наименования должника – государственного учреждения в сокращенной форме не является основанием для возврата исполнительного листа, поскольку сокращенное наименование общеизвестно, что исключает ошибку при идентификации должника, даже с учетом неверного указания ИНН должника. Также суды не согласились с доводами банка о том, что отсутствие сведений об ОГРН, месте регистрации взыскателя препятствует исполнению, так как требуемые сведения были указаны в заявлении, а также на оттиске печати[13].

Еще одним основанием для правомерного отказа кредитной организации в принятии исполнительного документа является указание в заявлении реквизитов счета представителя как счета, на который подлежит перечислять денежные средства. В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 8 Закона об исполнительном производстве в заявлении могут быть указаны только реквизиты банковского счета взыскателя.

В подавляющем большинстве случаев судебная практика исходит из буквального толкования указанной нормы[14].

Суды приходят к выводу, что из системного толкования норм Закона об исполнительном производстве следует, что перечисление взысканных денежных средств производится только на счет взыскателя, следовательно, кредитные организации правомерно отказывают в перечислении денежных средств на счет представителей.

Однако и здесь существует иная судебная практика.

Например, в деле № А40-87058/2010 суд кассационной инстанции пришел к противоположному выводу, указав, что нормы Закона об исполнительном производстве не ограничивают права взыскателя по направлению денежных средств только на свой счет, а не на счет иного лица, при наличии заявления, в котором указаны реквизиты счета поверенного, и доверенности с предусмотренными полномочиями на получение присужденных денежных средств[15].

Как снизить риск?

Анализ судебной практики показывает, что в спорах об исполнении кредитными организациями исполнительных документов высока степень судебного усмотрения, даже в одном арбитражном судебном округе могут быть вынесены противоречащие судебные акты при схожих обстоятельствах.

С учетом складывающейся практики должностные лица кредитных организаций не должны подходить к проверке достоверности требований формально.

Для снижения рисков необходима не только визуальная проверка исполнительного листа.

Следует также пытаться установить его подлинность на основании информации, полученной как минимум из общедоступных источников, например с официальных сайтов судов, ФНС и прочих государственных органов.

Также представляется целесообразным в случае приостановки исполнения фиксировать все действия по проверке достоверности представленных документов для целей защиты интересов организации в потенциальных спорах. Перечисленные меры позволят снизить потенциальные риски и уменьшить негативные последствия.

[1] Статья 27 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности».

Источник: https://www.vegaslex.ru/analytics/publications/the_bank_between_two_fires_the_risks_of_non_execution_and_improper_execution_of_the_executive_docume/

Применение судами норм процессуального права о повороте исполнения судебных актов – Мониторинг правоприменения

Правомерно ли решение суда в данной ситуации?

С другой стороны, поворот исполнения имеет и свое материальное выражение, поскольку в рамках соответствующих процедур происходит возврат спорящих сторон в первоначальное состояние путем принудительного перемещения материальных благ (денежных средств, иного имущества) от истца к ответчику.

Соответствующие отношения при условном абстрагировании от их процессуальной составляющей (и того факта, что «реституция» сторон производится при участии государства в лице суда и судебного пристава-исполнителя) могут быть описаны на материально-правовом языке, с использованием категорий гражданского, налогового, трудового и т.д.

права, иллюстрацией чему могут служить самые элементарные примеры. Так, взыскание денежного долга из долговой расписки в случае отмены вынесенного решения и принятия судебного акта в пользу ответчика может быть описано в категориях неосновательного обогащения (гл.60 Гражданского кодекса РФ).

Принудительная передача вещи по якобы существующему между ответчиком и истцом договору в условиях, когда наличие такого договора опровергнуто итоговым судебным актом, может рассматриваться как порождающая у ответчика виндикационное притязание (ст. 301 ГК РФ).

Необоснованное взыскание налога, налоговых пени или штрафа – как приводящая к возникновению требования из статьи 79 Налогового Кодекса РФ (далее – НК РФ).

Вследствие этого возникает принципиальный вопрос о том, в каком ключе необходимо квалифицировать эту имущественную составляющую отношений сторон по повороту исполнения судебного акта.

Следует ли игнорировать их материально-правовой элемент и исключать применение к ним соответствующих положений материального права, замыкая истца и ответчика на правила, содержащиеся в вышеуказанных процессуальных законах.

Либо же рассматривать процессуальные нормы о повороте исполнения лишь в качестве служебных, то есть устанавливающих процедурную рамку для осуществления обратных притязаний ответчика к истцу, в то время как сами эти притязания квалифицировать в их обычном материально-правовом качестве (т.е.

как кондикцию, виндикацию, требование по возврату излишне взысканного налога и т.д.) – с тем только уточнением, что фактом-основанием их возникновения будет являться исполнение впоследствии отмененного решения суда.

Вне зависимости от того или иного научного подхода к данному вопросу, – здесь могут быть высказаны различные суждения, – важно понимать, как на него отвечают суды при рассмотрении конкретных дел и при формулировании руководящих разъяснений (на уровне высших судов), ибо от этого зависит целый ряд практических последствий, связанных с применением соответствующего правового института. Проиллюстрируем это рядом примеров.

Во-первых, различное понимание правовой природы притязания ответчика по возврату необоснованно взысканного (далее – «реституционное притязание», «реверсивное притязание») предопределяет неоднозначность в вопросе о том, является ли процедура поворота исполнения единственной процессуальной формой, предназначенной для преодоления имущественных последствий судебной ошибки в отношениях между истцом и ответчиком. Если настаивать на специальной природе реверсивного притязания, задачей которого является исключительно restitutio ad integrum (т.е. устранение факта действия ошибочного решения вне зависимости от материально-правовой картины происходящего), предусмотренный ст.ст.325 – 326 АПК РФ, ст.ст. 443 – 445 процессуальный порядок должен восприниматься в качестве эксклюзивного для достижения вышеуказанной цели. Если, напротив, видеть в нем обычное материально-правовое требование, пригодное к квалификации в качестве кондикционного, виндикационного и т.д., нельзя исключать возможность использования обычных средств защиты для его осуществления, а именно – иска (кондикционного, виндикационного и т.д.). При том, что заявление о повороте исполнения, с этой точки зрения, представляется пускай и пригодным (а в смысле быстроты и удобства – оптимальным), но не исключительным средством преодоления последствий материального действия ошибочного решения.

Во-вторых, различное понимание природы реверсивного притязания допускает существование различных подходов к вопросу о том, возможно ли обременение истца не только обязанностью по возврату ошибочно присужденного, но и дополнительными обязанностями, связанными с удержанием им недолжно полученного.

Опять-таки, исключение соответствующего притязания из числа функционирующих по общим правилам материального законодательства допускает в числе возможных вывод о том, что возврат недолжно полученного исчерпывает бремя имущественных обязанностей истца перед пострадавшим ответчиком.

В то время как обратный взгляд открывает дорогу для присуждения истца не только к «реституции», но и к возмещению убытков (ст. 393 ГК РФ), уплате процентов годовых (ст. 395, п.2 ст. 1107 ГК РФ), возврату полученных доходов и плодов (п.1 ст. 1107, ст. 303 ГК РФ) и т.д.

Наконец, возможен и промежуточный взгляд, согласно которому дополнительные обязательства, хоть и возникают, однако не в момент недолжного перемещения материальных благ от ответчика к истцу по ошибочному судебному акту, а в момент принятия и вступления в законную силу судебного акта о повороте исполнения.

В-третьих, различное понимание природы реверсивного притязания ставит вопрос о том, как соотносятся между собой нормы процессуального права, регулирующие порядок их осуществления, и нормы соответствующих материально-правовых институтов, в терминах которых такие притязания могут быть выражены.

Наиболее очевидным примером здесь является коллизия между п.3 ст.

1109 ГК РФ, согласно которой заработная плата и приравненные к ней платежи и другие денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки, не могут рассматриваться в качестве неосновательного обогащения и не подлежат возврату, и ч.3 ст. 445 ГПК РФ, согласно которой возврат ошибочно присужденной работнику заработной платы допускается без ограничений в случае, если решение, на основании которого был осуществлен соответствующий платеж, было отменено в порядке апелляционного пересмотра.

Исследование того, как эти и ряд других вопросов, касающихся института поворота исполнения, решаются на практике, и будет составлять предмет настоящего мониторинга.

Объем работы, естественно, не предполагает охвата всего диапазона суждений, высказанных судами при разрешении конкретных дел, однако является достаточно репрезентативным для того, чтобы у читателя сформировалось общее представление об имеющихся трендах.

Изученные материалы могут рассматриваться в качестве эмпирической основы для последующих научных изысканий по описанной проблематике, а также как вспомогательный источник для принятия решений по возможному реформированию института поворота исполнения в будущем.

1. Правовая природа реверсивного притязания

По вопросу о правовой природе реверсивного притязания суды высказывают различные точки зрения.

С одной стороны, существует целый ряд источников, в рамках которых требования ответчика о возврате недолжно полученного истцом рассматриваются как разновидность обычных материально-правовых притязаний, возникающих в связи с нарушением имущественной сферы обладателя соответствующих материальных благ, что допускает возможность их стандартной материально – правовой квалификации (напр., как требований из неосновательного обогащения). С другой стороны, есть тенденция рассматривать соответствующие отношения в качестве специфических, находящихся за пределами регулирующего воздействия стандартных материально-правовых институтов. Как правило, суды, придерживающиеся соответствующей точки зрения, характеризуют правоотношения по возврату неосновательно присужденного в качестве «исполнительских», противопоставляя последние таким типичным, опосредующим защиту пострадавшего собственника правоотношениям, как правоотношения по кондикции, виндикации и т.д.

Источник: https://pravoprim.spbu.ru/yurisprudentsiya/zawita-chesti-dostoinstva-i-delovoj-reputacii/item/437-primenenie-sudami-norm-protsessualnogo-prava-o-povorote-ispolneniya-sudebnykh-aktov.html

Вс назвал условия, при которых нельзя забрать ипотечное жилье за долги

Правомерно ли решение суда в данной ситуации?

Одно из последних решений Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ принесет несомненную пользу многим покупателям ипотечного жилья.

Про опасность покупки жилья по ипотеке знают все. Если в жизни возникнут какие-либо проблемы с такой квартирой, то банк легко может забрать ее и не вернет уже выплаченную часть кредита. Но так ли это во всех случаях? Оказывается, есть варианты: высокая судебная инстанция разъяснила, в каких ситуациях кредитору не удастся забрать ипотечное жилье.

Многим гражданам, попавшим в похожую ситуацию с ипотекой, эти разъяснения Верховного суда могут оказаться крайне полезными.

Молодая семья из Башкирии купила по ипотечному кредиту однокомнатную квартиру.

Практически десять лет супруги аккуратно и вовремя расплачивались с банком, погашая кредит.

Сбербанк снижает ставки по семейной ипотеке

Но за эти десять лет у у должников сменился кредитор. Новый хозяин кредита потребовал от семьи досрочно выплатить оставшуюся задолженность. А еще ему понравилась квартира заемщиков, и он захотел выставить жилье на торги. Причину объяснил просто – просрочка платежей супругами по этой квартире.

С этими требованиями к семье должников кредитор и отправился в районный суд. Но там его не поняли.

Местный районный суд счел, что подобное требование кредитора – необоснованное.

Вышестоящая инстанция, куда кинулись обжаловать это решение коммерсанты, с ними согласилась, решив, что ипотечное жилье выставить на торги вполне законно.

Теперь обжаловать такой вердикт в Верховный суд РФ отправились ответчики. И к их аргументам Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ отнеслась с пониманием. Самые грамотные судьи страны, изучив материалы дела, заявили, что ответчики правильно обжалуют вынесенное решение, а их коллеги в апелляции неправильно применили нормы закона.

Началась эта история почти 11 лет назад, когда одна молодая семья взяла в местном банке кредит на 1,2 миллиона рублей и приобрела однокомнатную квартиру. Кредит, как и положено по закону в подобной ситуации, был обеспечен залогом этого жилья. Семья вселилась в квартиру и начала аккуратно гасить кредит.

По подписанным с банком документам, после погашения кредита они становились хозяевами собственного жилья.

Но с годами у местного банка начались проблемы, и через несколько сделок права по закладной на эту квартиру перешли к некому местному ООО. Случилось это осенью 2015 года.

Ипотечную квартиру нельзя отнять, если задолженность – менее пяти процентов

Дальше история развивалась следующим образом – в течение двух последующих лет должники несколько раз просрочили платежи по кредиту.

Это дало основание коммерческой конторе потребовать назад всю оставшуюся на тот момент задолженность. А именно – 458 379 рублей. И плюс к этому истцы еще захотели, чтобы ответчики выплатили проценты по кредиту, больше 80 тысяч рублей, и за пользование займом в размере 14 процентов годовых.

Что делать семье, если она не справилась с ипотекой и лишилась квартиры

В иске было еще требование выплатить пеню за просрочку – 115 992 рубля. И под конец, перечислив все требуемые суммы, истец попросил забрать у супругов заложенную у него квартиру, чтобы выставить ее на торги. Общество с ограниченной ответственностью определило начальную стоимость однокомнатной квартиры в 1,28 миллиона рублей.

Но Октябрьский районный суд Уфы с такими расчетами истца не согласился. Суд решил, что этому ООО надо присудить с ответчиков только 145 584 рубля. А их почти выплаченную квартиру не трогать.

В своем решении районный суд написал о “несоразмерности” оставшейся части долга по кредиту стоимости заложенной недвижимости. Несогласные с этим решением коммерсанты обжаловали такое решение районного суда в вышестоящую инстанцию.

Апелляция с доводами коммерческой структуры согласилась и отменила вердикт районного суда. Новое решение, которое озвучила апелляция , выглядело следующим образом. С семьи ответчиков было взыскано 298 811 рублей – столько, сколько насчитали сами истцы. Но и это не все.

Республиканский Верховный суд заявил, что у суда вообще нет никаких оснований отказать компании в требовании забрать заложенную у них квартиру, раз случилась просрочка платежа.

Пересматривая по просьбе ответчиков это решение, Верховный суд РФ сказал, что местная апелляция ошиблась, и перечислил те важные моменты, которые не заметили их башкирские коллеги.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ обратила внимание на то, что апелляция не сказала, по каким основаниям она отвергла важные обстоятельства, которые перечислил районный суд. Под “важными обстоятельствами” Верховный суд РФ понимал соразмерности долга.

По мнению высокой судебной инстанции, в ситуациях, аналогичных нашей, забирать недвижимость не стоит, если должник допустил крайне незначительное нарушение. И если размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного актива. Странно, почему такой серьезный пассаж, как цену просрочки на фоне почти выплаченной квартиры не заметил местный суд.

Какие послабления дает заемщикам закон об ипотечных каникулах

Есть еще важный момент, на который указала Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ.

По ее мнению, разрешая этот спор, нижестоящему суду нужно было “точно рассчитать количество просрочек должника по платежам, их период и учесть рыночную стоимость квартиры”.

Но ничего из этого, подчеркнул высокий суд, сделано не было. Суд без слов взял за основу те расчеты, которые сделали заинтересованные коммерсанты.

Поэтому Верховный суд РФ отменил местное решение и отправил дело назад в республику, чтобы его пересмотрели там по новой, но с учетом его разъяснений. А дальше случился редкий казус – пересмотра не было. Истцы, узнав о таком решении по их делу Верховного суда страны просто отказались от своего иска. И семья не потеряла жилье.

Важно: при каких условиях за долги нельзя отнять кредитную квартиру?

– Если задолженность составляет менее пяти процентов.

– Если просрочка платежей по кредиту меньше 3 месяцев.

Источник: https://rg.ru/2019/08/12/vs-nazval-usloviia-pri-kotoryh-nelzia-zabrat-ipotechnoe-zhile-za-dolgi.html

Согласование в договоре условий о подсудности

Правомерно ли решение суда в данной ситуации?

Под договорной подсудностью подразумевается возможность сторон договора указать конкретный суд или правила определения суда, который будет компетентен на рассмотрение возникших из договора споров.

Согласно сложившейся правоприменительной практике, согласование в договоре условий о подсудности признается отдельным соглашением сторон независимо от того, было ли оно включено в текст договора или оформлено в виде отдельного документа. Также в случае признания недействительным самого договора или его части это никак не влияет на действительность соглашения о подсудности.

При согласовании условия о подсудности споров необходимо помнить также и об их подведомственности.

И если право сторон договориться о подсудности прямо предусмотрено законодательством, то возможность изменить подведомственность по соглашению сторон отсутствует.

То есть, стороны в договоре не могут предусмотреть условие, согласно которому спор, подведомственный суду общей юрисдикции, должен рассматриваться в арбитражном суде и наоборот. Такое условие изначально является ничтожным.

По общему правилу подсудность определяется местом нахождения или местом жительства ответчика. Тем не менее, опираясь на принцип свободы договора, сторонам предоставлено право самостоятельно определить компетентный по рассмотрению возникшего спора суд.

Стороны вправе самостоятельно изменить подсудность спора вплоть до принятия судом искового заявления к своему производству (ст. 32 ГПК РФ и ст. 37 АПК РФ). Исключение составляют споры, в отношении которых законодательством установлена исключительная и родовая подсудность (ст.

30 ГПК РФ и ст.ст. 34, 38 АПК РФ).

Можно предположить, что основной целью предоставления сторонам договора возможности самостоятельно согласовывать условия о подсудности является обеспечение принципа свободы договора, соблюдение которого в свою очередь должно способствовать исключению или сведению к минимуму количества споров относительно компетенции судов.

Представляется, что согласование сторонами компетентного суда должно облегчить вопрос об определении подсудности. Тем не менее, на практике не все оказывается настолько однозначно. К сожалению, стороны не всегда выражают свою волю достаточно ясно, а формулировки, встречающиеся в договорах, порождают еще большую путаницу.

Довольно часто при согласовании в договоре условия о подсудности можно встретить спорные формулировки, о том, что спор между сторонами рассматривается:

  • «по месту нахождения истца»;
  • «в арбитражном суде / суде общей юрисдикции»;
  • «в арбитражном суде / суде общей юрисдикции по выбору истца»;
  • «в арбитражном суде / суде общей юрисдикции, находящемся в городе Москве»;
  • «в Арбитражном суде города Омска» (неверное указание наименования суда) и другие.

Все названные формулировки, очевидно, являются не совсем точными. По некоторым из них сложилась определенная судебная практика. Проанализируем некоторые из таких формулировок более подробно.

1. «Споры в связи с настоящим договором подлежат рассмотрению по месту нахождения истца»

В данной ситуации стороны, в принципе, не указывают на рассмотрение спора в каком-либо конкретном суде. Как указано в п. 3.3 Постановления КС РФ от 01.03.

2012 № 5-П, «гражданское судопроизводство, посредством которого осуществляют судебную власть суды общей юрисдикции и арбитражные суды, в своих принципах и основных чертах должно быть сходным для этих судов». Практика же этих судов, все-таки, отличается.

Так, например, арбитражные суды считают, что условие о подсудности спора по месту нахождения истца считается согласованным и не противоречит действующему законодательству.

Такие выводы подтверждаются многочисленной практикой арбитражных судов:

В Определении ВАС РФ от 09.09.2011 № ВАС-11749/11 по делу № А56 28854/2010 суд пришел к выводу о действительности условий о подсудности указав, что «Согласно пункту 10.9 заключенного сторонами договора все споры, вытекающие из действия данного договора, подлежат рассмотрению в арбитражном суде по месту нахождения истца.

Данный спор возник между сторонами из обязательств по договору.

Поскольку общество имеет юридический адрес: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Советский, Северная промзона, промбаза № 2, строение 1, вывод апелляционного суда о том, что дело подлежит рассмотрению в Арбитражном суде Ханты-Мансийского автономного округа – Югры обоснован».

Источник: http://www.lidings.com/eng/articles/id/103

101Адвокат
Добавить комментарий