Возможно ли примирение сторон при возбуждении уголовного дела по поводу найденного кошелька?

Прекращение уголовного дела за примирением сторон (ст. 25 УПК РФ)

Возможно ли примирение сторон при возбуждении уголовного дела по поводу найденного кошелька?

Освобождение от уголовной ответственности является отказом государства от ее реализации в отношении лица, совершившего преступление, в частности от осуждения и наказания такого лица

Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон — наиболее распространенное основание освобождения от уголовной ответственности.

Данное основание является нереабилитирующим.

Законодатель установил исчерпывающий перечень необходимых для прекращения уголовного дела требований: привлечение лица к уголовной ответственности впервые; совершение лицом преступления небольшой или средней тяжести; обязательное примирение с потерпевшим; заглаживание причиненного потерпевшему вреда (возмещение материального или морального вреда, отсутствие претензий со стороны потерпевшего).

Если нет хотя бы одного из этих условий, то суд не может вынести постановление о прекращении уголовного дела, а значит, и не будет освобождения лица от уголовной ответственности.

Частью 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» от 27 июня 2013 года №19 определено, что впервые совершившим преступление следует считать, в частности, лицо:

а) совершившее одно или несколько преступлений (вне зависимости от квалификации их по одной статье, части статьи или нескольким статьям Уголовного кодекса РФ), ни за одно из которых оно ранее не было осуждено;

б) предыдущий приговор в отношении которого на момент совершения нового преступления не вступил в законную силу;

в) предыдущий приговор в отношении которого на момент совершения нового преступления вступил в законную силу, но ко времени его совершения имело место одно из обстоятельств, аннулирующих правовые последствия привлечения лица к уголовной ответственности (например, освобождение лица от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности исполнения предыдущего обвинительного приговора, снятие или погашение судимости);

г) предыдущий приговор в отношении которого вступил в законную силу, но на момент судебного разбирательства устранена преступность деяния, за которое лицо было осуждено;

д) которое ранее было освобождено от уголовной ответственности.

Вместе с тем указание в ст.25 УПК РФ на то, что суд вправе, а не обязан прекратить уголовное дело, не предполагает возможности произвольного решения судом этого вопроса исключительно на основе своего усмотрения.

Рассматривая заявление потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, орган или должностное лицо, осуществляющие уголовное судопроизводство, не просто констатируют наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимают соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела.

При принятии решения  надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела (надлежащее ли лицо признано потерпевшим, его материальное положение, оказывалось ли давление на потерпевшего с целью примирения, какие действия были предприняты виновным для того, чтобы загладить причиненный преступлением вред, и т.д.). Принимая решение, следует оценить, соответствует ли оно целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Конституционный Суд РФ в своем Определении от 21 июня 2011 г. N 860-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Зяблина Евгения Владимировича на нарушение его конституционных прав статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации» указывает, что реализация положений ст.76 УК РФ и ст.

25 УПК РФ направлена на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

При этом также отмечается, что право уполномоченного органа или должностного лица, которое рассматривает заявление о прекращении уголовного дела, не означает произвольного разрешения данного вопроса, поскольку они не просто констатируют наличие или отсутствие указанных в законе оснований для этого, а принимают соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств, в том числе изменения степени общественной опасности деяния после заглаживания вреда.

Источник: https://pravo163.ru/prekrashhenie-ugolovnogo-dela-za-primireniem-storon-st-25-upk-rf/

Находка или кража?

Возможно ли примирение сторон при возбуждении уголовного дела по поводу найденного кошелька?
Нечто новое открыл для себя в одном из дел по факту тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба потерпевшему (п. в ст. 158 УК РФ). Возможно эта публикация будет интересна адвокатам, принимающими на себя защиту по данной категории дел. Случай имел место в январе 2015 в п. Красной Поляне (г.

Сочи). Мой подзащитный нашел возле своего автомобиля, расположенного на платной парковке, две пары лыж. Не найдя собственника лыж, решил взять их и доставить позже в отдел полиции. Однако две пары лыж в багажник не помещались, поэтому он взял одну пару и положил в багажник своего автомобиля.

Через 4 дня направился в ОП (пгт. Красная Поляна) УВД по г. Сочи, чтобы сдать лыжи. Однако по дороге он был задержан сотрудниками ДПС и был доставлен в ОП (пгт. Красная Поляна) УВД по г. Сочи.

Умысла на хищение указанных лыж у него не было, а он всего лишь хотел сдать их в отдел полиции, для дальнейшего возвращения их собственнику. Такое же пояснение имеется в материалах проверки.

Возбуждено уголовное дело по п. в части 2 ст. 158 УК РФ, правда в отношении неустановленного лица.

Позже в отношении моего клиента избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (заочно), и в тот же день объявлен в розыск. Так он приобрел статус подозреваемого.

Исходя из выбранной тактики защиты, я обжаловал постановление об избрании меры пресечения и о розыске в порядке ст. 125 УПК РФ. Заочно данная мера пресечения избрана быть не может, а поскольку нет статуса «подозреваемый» — в розыск объявлен быть не может. В первой инстанции отказали, а вот апелляция удовлетворила мою жалобу и оба постановления отменила.

Статус моего доверителя стал неопределенным. Однако это не помешало сотрудникам полиции осуществить задержание и доставление конвоем моего подзащитного из Ростова-на-Дону в Сочи как подозреваемого. Правда пока они ехали, мне удалось «достучаться» до некоторых руководителей следственного отдела и уголовного розыска о персональной ответственности за данные действия, в результате клиента допросили ночью в мое отсутствие в качестве свидетеля и отпустили.

Осознавая, что этим не закончится, я обратился с жалобой в суд на само постановление о возбуждении уголовного дела, как вынесенное в отсутствие достаточных на то оснований и затрагивающее права моего подзащитного. Позиция защиты была в следующем:

Согласно диспозиции ст.

158 УК РФ как тайное хищение чужого имущества (кражу) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц, либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. При этом совершение кражи характеризуется умыслом, направленным на завладение имуществом, которым лицо владеет как собственник.

Согласно толковому словарю Ожегова: «владеть — держать в своей власти, подчинять себе». Потерпевший, оставив лыжи возле автомобиля и уехав кататься, не мог ими владеть, они выбыли из его обладания.

По смыслу закона при совершении хищения имущество изымается из обладания собственника или лица, в ведении или под охраной которого оно находится.

Если имущество путем или иным причинам уже выбыло из обладания собственника, то завладение такой вещью не образует хищения, а неправомерное присвоение найденной или случайно оказавшейся у виновного чужой вещи влечет гражданскую ответственность, предусмотренную ст. 227 ГК РФ.

Согласно ст. 227 ГК РФ находка — это обнаружение чужой вещи, которая выбыла из владения собственника помимо его воли.

Закон обязывает нашедшего вещь уведомить об этом собственника либо лицо, потерявшее ее, если они ему известны, либо сообщить о находке в органы полиции или местного самоуправления. По действующему законодательству лицо, утаившее находку либо не заявившее о ней, не несет никакой юридической ответственности. В таком случае лицо только утрачивает право на вознаграждение в случае, когда владелец вещи обнаружится и потребует ее возвращения. Опять первая инстанции — отказ, апелляция — обязала отменить незаконное постановление о возбуждении уголовного дела.  Все бы хорошо, но через 9 месяцев — кассационное представление прокурора края. Дело истребовано, передано на рассмотрение президиума. как результат — удовлетворено кассационное представление прокурора края. Ну как не уважить просьбу такого уважаемого человека! Позиция прокурора края, поддержанная президиумом краевого суда, меня настораживает. Ладно бы касалось бы это только данного дела (имеется личный интерес районного прокурора в Сочи). Такое же мнение бытует у заместителя Генерального прокурора РФ Кехлерова С.Г. и у судьи Верховного Суда РФ Зыкина В.Я. и заключается оно в следующем:

по смыслу уголовного закона целенаправленные активные действия по изъятию имущества из владения потерпевшего не являются обязательным элементом состава преступления, предусмотренного ст.

158 УК РФ, поскольку достаточно и незаконного безвозмездного обращения чужого имущества в свою пользу или пользу третьих лиц.

Такое мнение они высказали при рассмотрении уголовного дела по обвинению работника магазина, которому покупатели передали найденный в магазине кошелек, присвоенный ею в последствии.

Первая инстанция её признала виновной, апелляция приговор отменила, признала за ней право на реабилитацию. И вот уже в кассационной инстанции по представлению заместителя Генерального прокурора РФ, по указанию  судьи ВС РФ, краевой суд,  апелляцию отменил. По сути, возрождается выбывшая из УК РСФСР статья — присвоение найденного.

https://www.youtube.com/watch?v=74IuDq0EWeE

Из данного мнения уважаемых в своих кругах лиц, я делаю вывод, что ст. 227 ГК РФ должна быть перенесена в УК РФ, поскольку оставление  вещи у себя влечет наступление последствий, установленных уголовным законодательством. Такие же последствия — возбуждение уголовного дела, должны наступать в случае истребования имущества из чужого незаконного владения в гражданском процессе.

После вынесения данных постановлений, только в городе Сочи, как мне известно, возбуждено несколько уголовных дел по схожим ситуациям. Тенденция, на мой взгляд, опасна. Создается новая практика.

При чем, имеющаяся в свободном доступе в сети интернет и правовых базах многочисленная  практика, где уголовные дела прекращают с признанием права на реабилитацию, во внимание не принимается.

Источник: https://pravorub.ru/cases/70785.html

101Адвокат
Добавить комментарий